Цивилизация
В последние годы в России ведется активная борьба с пиратством, сопровождающаяся насаждением идеи о том, что за весь цифровой контент необходимо платить. При этом часто упоминается западный опыт, где легальный контент распространен повсеместно и стал нормой для интернет-пользователей.
Однако неверно было бы думать, что на Западе практически сразу развилась индустрия легального контента и не было такой проблемы цифрового пиратства, как в России.
Начало рынка цифрового контента приходится на 1997–1998 годы (например, mp3.com появился именно в 1997 году), в эти же годы было подписано соглашение при ВОИС (Всемирная организация интеллектуальной собственности) по цифровым правам и принят DMCA (Digital Millennium Copyright Act — Закон об авторском праве в цифровую эпоху), который, с одной стороны, ужесточает ответственность за нарушение авторских прав, но с другой — снимает ответственность с провайдеров за действия пользователей.
«Так что если говорить про музыку, рынок стал легальным практически сразу, — рассказал «Газете.Ru» главный аналитик Российской ассоциации электронных коммуникаций Карен Казарян. — Другое дело, что первоначальные сервисы были весьма неудобны, правообладатели настаивали на проприетарных форматах, защите от копирования и т.д.».
Все практически одномоментно изменилось с появлением Napster. По мнению эксперта, оценивая события 2000–2001 годов сейчас, можно понять, что индустрия совершила огромную ошибку, засудив сервис, а не попытавшись с ним работать. Но главное, Napster показал, что цифровая дистрибуция — это удобно и эффективно.
«Пиратский контент на Западе распространен и сейчас, но изменились привычки пользователей — они предпочитают стриминговые сервисы, среди которых существует масса легальных и бесплатных», — говорит Казарян.
Россия идет сейчас по пути США начала нулевых. Но в этом она не одинока: ЕС совершил ту же ошибку, уничтожив Pirate Bay в 2014 году. В ряде стран Евросоюза и в Канаде также существует аналог «налога на болванки». Российский союз правообладателей и Михалков просто переняли «успешный» западный опыт.
«Условия лицензирования и распределения дохода между правообладателями — это черная дыра, — говорит Казарян. — Очень мало кто знает детали, и очень часто применяются бухгалтерские трюки».
Несмотря на отсутствие в США такого понятия, как «блокировка интернет-ресурса» (это невозможно в силу действия первой поправки к конституции США, гарантирующей свободу слова и СМИ), федеральные власти «изымали» домены у пиратских сервисов.
Тем не менее, несмотря на то что в то время пираты были менее опытными и не обладали современными «технологиями» противостояния запретам властей, эксперт считает, что США не справились с пиратством до сих пор.
«Просто появился нормальный рынок, в чем большая заслуга той же Apple и других технологических компаний, — говорит Казарян. — В России этому процессу мешает отсутствие денег у отрасли на приобретение прав на контент и меньший уровень доходов у населения».
Эксперт рассказывает, что на текущий момент ужесточения законодательства в области авторского права на Западе не наблюдается и даже есть кое-какие послабления.
«Однако лоббисты от правообладателей пытаются провернуть схему, которая не сработала с ACTA (Торговое соглашение по борьбе с контрафактом. — «Газета»), — говорит Казарян. — В торговых соглашениях TPP (Тихоокеанское партнерство) и TAFTA (Трансатлантическая зона свободной торговли) есть пункты по серьезному ужесточению режима копирайта».
Можно назвать это неким подобием глобального сговора лоббистов, который пытается изменить сложившуюся систему стриминговых сервисов и ресурсов на основе пользовательского контента, получающих доходы от рекламы. Эксперт считает, что крупные корпорации пострадают в меньшей степени, но стартапы в таком режиме делать никто не будет, и развитие мультимедийных технологий и решений по доставке контента это может существенно замедлить.
Немаловажным моментом в вопросах борьбы с пиратством и потреблением легального контента остается личное отношение интернет-пользователя к этой проблеме. По мнению психолога-консультанта Арины Липкиной, в борьбе с нелегальным контентом важна и психологическая составляющая вопроса: помимо законодательных запретов необходимо эффективно внедрить мысль о том, что за контент надо платить.
«Просто говорить о том, что «нужно платить», не принесет существенной пользы. Такая постановка вопроса просто не будет работать. Необходимы обходные пути. Всегда есть люди, которые способны и готовы платить, но для них необходимо создать свою идеологию», — считает психолог.
По ее словам, бороться только с явлением, когда человек ищет способы обхода уплаты, не нужно.
«Нужно сотрудничество, которое поможет человеческому эго. Необходимо создать ощущение значимости, когда каждый внесенный рубль должен уверять человека в том, что он сделал что-то значимое для мира и для себя», — заключила Липкина.
