Скандал, разразившийся вокруг конкурса на проект нового здания Мариинского театра, получил неожиданное разрешение. После того, как проект Эрика Оуэна Мосса, который лоббировал сам Валерий Гергиев, был отвергнут под давлением питерской общественности и федеральных структур, участие иностранных авторов выглядело проблематичным. Ситуация выглядела слишком похожей на неприятные истории с Эрмитажем и Moscow City. Однако, список участников нового конкурса оказался настолько представительным, что устроил абсолютно всех. Состязаться за право вдохнуть новую жизнь в обветшавшее здание театра будут пять российских и шесть зарубежных участников. Оказались соблюдены практически все мыслимые балансы, учтены все возможные конъюнктуры и актуальные тенденции.

Среди отечественных архитекторов силы северной столицы и метрополии приблизительно уравнены. Уравновешены так же представительства разных весовых категорий. Государственные бюджетные организации представлены директором «Моспроекта-4» и ведущим отечественным архитектором Андреем Боковым. Подходящие вплотную к бюджетным организациям по респектабельности дизайнерские бюро представляет Александр Скокан, чья частная архитектурная студия является старейшей в России и успешно работает уже больше десяти лет. Скокан выступает совместно с Сергеем Киселевым. Юрий Земцов и Марк Рейнберг осуществили несколько крупных проектов в Питере, где объемы строительства существенно ниже, чем в Москве. Олег Романов, директор Государственного института архитектуры в Санкт-Петербурге, участвовавший в предыдущем злосчастном конкурсе, так же примет участие в состязании, на этот раз совместно с Андреем Боковым.

Среди иностранных участников наблюдается то же равновесие сил. Наиболее серьезными фигурами можно, по всей видимости, считать ведущего японского архитектора Арату Изодзаки, модного француза Доминика Перро и участника всех Венецианских биеннале австрийца Ханса Холляйна. Марио Ботта, швейцарский мэтр с прочной славой и большим авторитетом, вероятно равен им по влиянию, однако считается более консервативным.

Несколько особняком стоит архитектор из Нидерландов Эрик ван Эгераат. Не являясь столь мощной фигурой, он имеет хорошие контакты в России, имеет проект в Москве (правда, так и не осуществленный). Вполне возможно, что ван Эгераат был приглашен не только за свои творческие достижения, но и в силу знаний местных условий градостроительства.

Проклятый петербургской общественностью американец Эрик Мосс, отдающий предпочтение радикальному неомодерну, остался в списке участников. Кроме того, уже созданный им проект отправится на Венецианское биеннале, где будет представлять Россию.

Однако, в любом случае, каждый из иностранных участников конкурса входит, как минимум, в первую двадцатку мировых звезд архитектуры.
Конкурсные проекты будут показаны в июне следующего года на выставке, посвященной Мариинскому театру. Выставка пройдет в питерской Академии художеств, приложившей, кстати, немало усилий к утоплению разработки Эрика Мосса. 28 июня 2003 года высокое жюри объявит победителя. В жюри входят Валерий Гергиев, Михаил Пиотровский, немецкий архитектор Даниэль Либескинд и другие уважаемые деятели культуры. Кроме эстетических достоинств и возможности органично вписаться в ландшафт города, проект-победитель должен так же отвечать финансовым критериям – стоимость строительства не должна превышать $100 млн.

Кому достанется честь возвести новое здание Мариинки, а так же гонорар в 4 – 5 миллионов долларов гадать сейчас бесполезно. В известном смысле, организаторов конкурса вполне устроит любой вариант. И победа российского архитектора, и возведение здания признанной звездой ландшафтного дизайна по-своему укрепят престиж как театра, так и всего Петербурга.

Но независимо от исхода, столь представительный конкурс, посвященный проекту реконструкции одного из главных театров страны, сам по себе является важным событием, не имеющим аналогов в истории страны с 30-х годов прошлого века.