— Александр Анатольевич, чем вы объясняете такое изменение электорального рейтинга президента по сравнению с мартом 2004 года, когда проходили выборы?

— Даже странно сравнивать рейтинги в предвыборный и выборный месяцы с сегодняшней ситуацией. Мало того, что рейтинги подвержены колебаниям.

Если посмотреть на весь прошлый год, рейтинги Путина колебались в тех же пределах – 45–50% в зависимости от нескольких факторов, включая погоду, праздничные-непраздничные моменты. Я могу сказать, что в начале года, каждый январь, цифра традиционно выше.

Рейтинг работает, как машина безальтернативного правления.
Алексей Кара-Мурза, член политсовета СПС: «Запущенная машина безальтернативного правления продолжает исправно ходить. Это падение рейтинга в принципе остановится, думаю, как раз на этой цифре. Многие так ждут этого падения, что просто смотрят в микроскоп на путинские рейтинги. Я думаю, это не является моментом необратимого падения популярности. Он может сместиться только в условиях, если появится внятная Путину альтернатива. А ее пока нет. Как только в Кремле начнут думать о преемнике или кто-то из претендентов сам скажет, что не согласен с курсом Кремля, мы увидим не только падение рейтинга, но и наличие фигур, которые президентский рейтинг будут перетягивать на себя. Поэтому пока машина безальтернативного правления ходит хорошо».Рейтинг Путина не затронет банковский кризис.
Борис Макаренко, заместитель директора Центра политических технологий:
«3%, на которые упал президентский рейтинг, это цифра в пределах статистической погрешности. Что касается 7%, на которые упал рейтинг с марта, это естественно. Пока такие цифры замечены только первый раз, будет или нет тенденция падения, пока сказать невозможно. У нас есть данные, что некоторое раздражение в обществе, связанное с началом реформы по отмене льгот, есть. Те реформы, которые сегодня затеяны, до общества дойдут с некоторым промежутком во времени, поэтому снижение может быть, а может и не быть.

Но, уверяю вас, ничего обвального не будет, так как новость о начале отмены льгот быстро забудется. А банковский кризис, который сейчас разворачивается и тоже может повлиять на рейтинг президента, не массовый. Это не 1998 год, когда пострадали миллионы граждан. В результате этого кризиса могут пострадать десятки, максимум сотни тысяч людей. В масштабах России для многомиллионного населения это менее одного процента».

— Мы сейчас говорим о том, как воспринимает президента простое население. Оно воспринимает только по тому, что происходит на экране телевизора. Оно не политизировано, политика его касается косвенно. Тема преемника находится вне горизонта этих людей: их волнуют дети, деньги, сломанный автомобиль, льготы, но в том смысле, что им будут давать маловато или многовато денег. То есть их волнует по существу, обманут их или нет.

— Хорошо, вы можете прогнозировать, что президентский рейтинг изменится очень сильно в результате принятия закона о монетизации льгот?

— Я могу прогнозировать, что на несколько пунктов, на два-три, рейтинг изменится. Но на сегодняшний день нет никаких тенденций.

— На 4% увеличилось число тех, кто не пойдет голосовать вообще, если выборы состоятся в эти выходные, и на 5% — число тех, кто против всех. Как объяснить это?

— Это люди, предположительно те, кто голосовал на выборах за Путина, но у них сегодня тревоги по поводу льгот на душе. Но в принципе некорректно давать такие объяснения, додумывая причины за людей.

— Чем тогда объясняется падение рейтинга Николая Харитонова с 9 до 5%? Ведь он-то против монетизации…

— Ну а где он, Харитонов? Вы его где-нибудь видите, что-то о нем слышите? Когда-то самый высокий рейтинг был у Лебедя. Когда его сняли с поста председателя Совбеза, его рейтинг вообще медленно рассосался. Я вообще удивляюсь, как фамилию Харитонова называют. Симпатия ушла, и нет его.