В четверг на заседание суда по делу Михаила Ходорковского, Платона Лебедева и Андрея Крайнова гособвинитель в качестве свидетеля пригласил бывшего заместителя гендиректора завода «Апатит». Ныне пенсионер Владимир Серегин находился на этом посту десять лет назад, с 1994-го по 1995 год. Как рассказал свидетель, в тот год, когда он пришел на работу, завод переживал самые худшие времена: производство резко снизилось и было на гране остановки. Как было известно из показаний других свидетелей, рабочим не платили зарплату, и люди, жители города Апатит, так или иначе связанные с заводом, были уже готовы на все – губернатор Мурманской области рассказывал, что к нему лично приходили люди и залезали на стол.

У свидетеля Серегина с начальником – директором завода Анатолием Поздняковым — с самого начала были разные мнения по поводу решения этих проблем и способа приватизации объединения «Апатит».

Если Поздняков хотел пригласить инвесторов, то Серегин хотел решить проблемы завода с помощью внутреннего займа, то есть взять кредит у своего акционера — государства. Однако Поздняков поступил по-своему. У свидетеля был еще один конфликт с директором: Серегин хотел выдвигаться в Госдуму, чему Поздняков якобы препятствовал.

На инвестиционный конкурс Серегин смотрел со стороны. «Я был рядовым наблюдателем», — заявил свидетель. После того как компания «Волна» выиграла конкурс и к ней перешел 20-процентный пакет акций, Серегин продолжал пристально наблюдать, чем кончится идея Позднякова с оживлением завода с помощью инвесторов.

— В первые полгода стало ясно, что «Волна» — это вывеска, а всеми делами управляет банк МЕНАТЕП, — заявил Серегин.

По его словам, если сначала все вопросы с заводом решались в «Волне», то потом на предприятии стали появляться люди, косвенно связанные с МЕНАТЕПом. Так, на первом после приватизации совете директоров в его состав вошли Сергей Кошелев (позже стал начальником экспортной службы «Апатита») и Сергей Абрамов (тогда советник МЕНАТЕПа, а позже глава внутриполитического департамента администрации президента Путина). По словам свидетеля, Кошелев и Абрамов были «смотрящие» за заводом от МЕНАТЕПа и официально не являлись сотрудниками банка.

На просьбу гособвинителя Дмитрия Шохина рассказать о том, что такое «Апатит-Трейд», свидетель заявил, что эта новообразованная компания могла заменить всю структуру сбыта апатитового концентрата.

— «Апатит-Трейд» был создан для удобства покупателей, ведь потребители апатита разбросаны по стране, — пояснил Серегин. По его словам, идея образовать «Апатит-Трейд» исходила от членов совета директоров со стороны «Волны».

По словам свидетеля, в период его работы заместителем директора инвестиционная программа выполнялась не полностью, однако Серегин не мог не признать, что в 1995 году, когда от «Волны» и МЕНАТЕПа пошли средства, положение завода «стабилизировалось».

Глава МЕНАТЕПа Платон Лебедев после того, как свидетель несколько раз назвал «Волну» «фирмой, подконтрольной МЕНАТЕПу», решил спросить свидетеля, что он понимает под словом «подконтрольный».

— Слово «подконтрольный» для меня означает то же самое, что аффилированный, — ответил свидетель.

— Для вас это одинаковые вещи?

— Да, для меня это одинаковые вещи, может быть, для юриста это вещи разные.

Заметно раздражаясь, Серегин продолжил:

— «Волна» была создана по указанию из банка МЕНАТЕП, и «Апатит-трейд» был создан по указанию МЕНАТЕПа, и это точно, я видел бумаги.

Таким образом, Лебедев вынудил свидетеля рассказать о системе подконтрольных МЕНАТЕПу структур. Хотя создание аффилированных фирм и не является преступлением, его слова заметно порадовали гособвинителя.