Постранствовав по фестивалям, фильм шел в очень ограниченном кинопрокате в Штатах и почти тут же переместился на полку с DVD. Привилегированным российским зрителям выпал редкий шанс увидеть на большом экране ироничный американский «Объект любви» (Love Object), с клерком-извращенцем и расчлененной звездой независимого европейского кино.

Гротескная кинофантазия Роберта Париджи соединяет в себе два замечательных свойства: она сделана на потеху публике, но из чистой любви к киноискусству.

Критикам фильм показался слишком интеллигентным, чтобы кидать его в общую кучу трэш-продукции в духе «Тромы», и при этом недостаточно амбициозным, чтобы судить его ни по гамбургскому счету «большого кинематографа», ни по гамбургерному – кинематографа «культового».

Отрицательные и положительные мнения разделились точно поровну, а пребывающие в ступоре критики – вернейший признак того, что можно наконец потратить свои деньги не столько на кинематограф, сколько на хорошее кино.

С первых же кадров траты возместятся сторицей: у Париджи хватило сарказма, чтобы выбрать на роль главного героя — аутичного молодого клерка из процветающего бюро технической документации – сексапильного душку Дезмонда Харрингтона, нарядив его в мышиного цвета офисную пару, побрив «жилетом», сбрызнув «олдспайсом», посадив в «форд» и снабдив классически убойной физиономией менеджера среднего звена в диапазоне от «я у мамы дурачок» до «у этого парня мощные проблемы». Исполнительный копирайтер получает ответственное и срочное задание составить трехтомный талмуд документации по использованию компьютерной базы данных для тупых сотрудников некой крупной корпорации. История, как по нотам, разыгрывается в три недели по мере продвижения работы над «томами».

Первую неделю наш главный герой вкалывает с энтузиазмом офисного робота и мучительно сходится с молодой блондинкой-практиканткой Лиз (Мелисса Сейджмиллер), которую босс Кеннета в мефистофельском исполнении Рипа Торна (суровый шеф космической таможни из «Людей в черном», если кто забыл) отряжает в помощь Кеннету. Баррикадируясь у себя дома после тяжелого трудового дня, копирайтер-социопат вспоминает пухлые губки и белокурые локоны, страдает от мощных выбросов тестостерона и подглядывает в дверной глазок, как его квартировладелец Удо Кир небрежно тискает в коридоре очередную шлюшку.

Кеннет – человек инструкций, однако не написано еще ни одной правильной инструкции, как стать Удо Киром, чтобы грамотно охмурить американскую блондинку-машинистку и на следующий день не получить повестку в суд. Поэтому Кеннет выписывает «объект любви» за 10 тысяч долларов — резиновую куклу «Никки», к которой такая инструкция прилагается.

Вторая неделя проходит под знаком самого абсурдного в истории кино любовного треугольника из господина копирайтера, машинистки Лизы и пластмассовой «Никки» со стеклянными глазами, гуттаперчевой грудью и механической рукой.

К треугольнику прибавьте Удо Кира в роли самого себя — с кальяном и в шелковом халате, Рипа Торна в роли змея-соблазнителя, дурака-полицейского и пару замечательнейших сценок в порно-магазинчике.

К третьему эпизоду компьютерного руководства уморительный идиотизм процесса усугубляется уже полным замещением человеческих эмоций кукольными, реальной жизни – действиями «по инструкции», объектов любви объектами судмедэкспертизы, а режиссуры — инструкцией по созданию «страшного» кино с хрестоматийным набором из маньяка, жертвы и пилы-болгарки, с большим вкусом примененной для расчленения иконы европейского арт-хауса Удо Кира. Все вместе увенчано остроумно шокирующим финалом, за который Роберту Париджи можно простить абсолютно всё, и о котором вы никогда не догадаетесь, даже пересчитав все ружья и пистолеты, которые висят в начале и стреляют в конце.

Дотерпеть до финала можно в кинотеатрах «МДМ-кино, сети «Синема парк», сети «Формула кино».