Тема «опасных слов» в назначении платежа превратилась в массовую тревогу. Однако в реальности все сложнее: нет единого списка «запретных» слов, но есть много нюансов, рассказала «Газете.Ru» Ольга Плеханова, финансовый юрист международного сервиса Razmorozka.com.
Блокировки операций регулируются прежде всего Федеральный закон №115-ФЗ и Положение Банка России №860-П, а также методическими рекомендациями Банка России. В этих актах нет перечня слов, за которые автоматически блокируют перевод. То есть официального «черного списка» формулировок не существует.
Но есть другое. Банк обязан реагировать, если операция выглядит как: отмывание доходов, обналичивание, транзит средств, скрытая предпринимательская деятельность или мошенничество.
«В регулировании есть не только общая логика подозрительных операций, но и суммовые ориентиры. Статья 6 115-ФЗ устанавливает перечень операций, подлежащих обязательному контролю. Для многих операций из этого перечня с 14 июля 2025 года порог был повышен с 600 тысяч до 1 миллиона рублей. При этом обязательный контроль не означает автоматическую блокировку перевода, но переводит операцию в зону повышенного внимания банка и Росфинмониторинга», — объяснила она.
Параллельно Банк России прямо указывает на ключевой критерий: нетипичность операции по сумме, частоте и поведению клиента. Именно поэтому банк анализирует не слова, а картину в целом.
«На практике мы часто видим, что одни и те же формулировки ведут себя по-разному. «Возврат долга» или «подарок» могут годами проходить без единого вопроса. А «жене на ноготочки» внезапно приводит к блокировке. Причина в том, что банк оценивает не текст, а контекст операции. Если человек периодически получает деньги от одного и того же лица с комментарием «возврат долга», и суммы выглядят разумно, это укладывается в нормальное поведение. Но если появляется перевод с шуткой типа «дань великому хану» , он начинает выглядеть как маскировка», — предупредила юрист.
Эксперт привела в качестве примера случай из практики.
«Был забавный случай. Муж переводит деньги жене и пишет «на ноготочки». Что супруги вложили в понятие «ноготочки» — это их личные дело, но сумма 150 тыс. рублей превышает стандартную стоимость данной услуги. При этом ранее переводов с этого конкретного счета гражданка не получала и фамилия у нее отличается от отправителя. Результат — блокировка и запрос пояснений банком. Это та ситуация, когда комментарий перестает объяснять перевод и начинает ему противоречить. Для банка это сигнал: назначение платежа не раскрывает экономический смысл, а значит, выглядит подозрительно», — пояснила Плеханова.
Другой частый кейс — переводы «на ДР коллеге», «сбор на подарок учителю», «фонд на чаепитие».
«Человек получает 10–20 переводов по 500–1000 рублей от разных людей с одинаковыми комментариями. В реальной жизни коллеги скинулись на корпоратив, родители — на подарок педагогу или конфетки с печеньками. Но для банка это выглядит как поток поступлений от разных лиц без очевидной цели. Такая структура операций очень похожа на транзит или сбор средств. И здесь снова проблема не в словах. Те же самые комментарии в единичных переводах не вызвали бы никакой реакции. Вопрос возникает только потому, что поведение счета изменилось», — подчеркнула она.
Есть и более непривычные ситуации. Нередки случаи, когда людям блокируют счета после переводов самим себе. Например, человек переводит деньги между своими счетами, постепенно собирает крупную сумму, а затем пытается отправить ее другому физлицу, например за покупку автомобиля с рук. В комментарии пишет «перевод собственных средств», а потом «за машину».
«Формально все выглядит логично. Но если посмотреть на цепочку операций, она начинает напоминать схему с переливом средств и подготовкой к обналичиванию или переводом мошеннику. В такой ситуации комментарий не помогает, потому что он не объясняет происходящее», — сказала эксперт.
Несмотря на то что в законе нет списка запрещенных слов, есть формулировки, которые практически гарантированно привлекут внимание банка, а то и других организаций.
Например, «казино», «ставки», «обнал», «наличка», «серая зарплата», «P2P», «обмен USDT», «крипта», «за наркотики», «покупка оружия». Любые шутки на тему незаконной деятельности приведут к тому, что операция почти наверняка будет остановлена.
В таких случаях речь идет уже не просто о банковской проверке. Информация может быть передана дальше, и последствия выходят за пределы отношений с банком.
«Самая опасная зона — это не очевидные нарушения, а обычные слова, которые начинают использовать не по назначению. «Возврат долга», «подарок», «за услуги», «личный перевод» — все это безопасно, пока соответствует реальности. Но если «долги» возвращают десятки людей, «подарки» приходят регулярно, а «услуги» оплачиваются человеку без статуса, система начинает видеть несоответствие. И именно в этот момент возникают блокировки, которые кажутся клиенту необъяснимыми», — отметила Плеханова.
В российской практике нет «запрещенных слов», за которые блокируют счета. Но есть суммы, есть режимы контроля и есть признаки подозрительных операций. И есть формулировки, которые сами по себе делают операцию токсичной для банка. Поэтому проблема почти никогда не в словах. Она в том, что слова не совпадают с тем, что реально происходит с деньгами.
«И самый практический совет здесь звучит просто : если вы сомневаетесь, не стоит сочинять слова. Лучше написать нейтрально и по делу или вообще не добавлять лишнего смысла. Потому что любая «креативная» формулировка начинает работать против вас в тот момент, когда операция перестает выглядеть очевидной», — резюмировала она.
Ранее россиян предупредили, когда переводы на карту попадают под НДФЛ.