skin: article/incut(default)
data:
{
"_essence": "test",
"incutNum": 1,
"repl": "<1>:{{incut1()}}",
"type": "129466",
"uid": "_uid_444417_i_1"
}
Пока я исполняла ритуал всех покупателей, сотрудник автосалона, опустив капот и раскатав рукава белой рубашки, пытался объяснить что-то насчет сложной коробки передач, вариантов трансформации салона, способах замены и вариантах обивки «хамелеон».
Отъезжающие двери, конечно, гипнотизируют, но и сама машинка хороша: носик маленький, высокая и кругленькая, опоясанная сзади хромированным молдингом.
Если бы машины были живыми и размножались, то Peugeot 1007, конечно, стал бы плодом порочной любви маленького смарта и «Газели»-маршрутки.
Но больше всего меня с самого начала интриговал вопрос: почему в номере машины два ноля? Понятно, что маркетинговый треп — дескать, она такая особенная, такая уникальная, пришлось менять индекс — в расчет брать не стоит.
Да, и правда, особенная и уникальная. Но вот внятного ответа про «двойной ноль» я так ни от кого и не получила. Поездив несколько дней на 1007-й и поразмышляв над этим, я пришла к единственно логичному для себя выводу:
никакие это в индексе не ноли, то есть не цифры. Это самые настоящие буквы — двойное о.
Первое о — восхищение, второе — разочарование. Или, скорее, наоборот. Потому что достоинства любой вещи, в том числе и машины, мы склонны воспринимать как должное, а недостатки — как то, что нам всучили втихаря у кассы, пока мы пялились на обложку глянцевого журнала, специально для отвлечения внимания выложенного на показ у выхода. А достоинства же осознаем, только уже лишившись вещи.
То есть начинать лучше с недостатков. Потому не могу молчать про работу коробки 2 Tronic. Как мне объясняли, технически — это сложная «роботизированная механика без педали сцепления», которая может работать в двух режимах. Как автомат — тогда самостоятельно переключает скорости. И как полуавтомат — когда скорости переключает водитель. Перейти от одного варианта к другому можно в любой момент, просто нажав большую кнопку рядом с кулисой. А чтобы не запутаться, на какой вы скорости едете, кроме тахометра на табло обозначается и номер передачи. На самом деле все еще сложнее.
Уверена, индикатор выбранной передачи — абсолютно зря выброшенные деньги.
<2>Со скоростями можно определиться и без помощи электроники. Первая передача кончилась, и машина резко клюнула носом вперед, я зависаю в воздухе, как ковбой на необъезженной лошади и потом по инерции дергаюсь всем корпусом назад. Через пару вполне ощутимых секунд включается вторая передача, машина привстает и опять дергается вперед. Переключения с такими паузами в XXI веке сильно настораживают.
В ручном режиме скорости можно переключать ручкой КПП, толкая ее вперед или назад, или лепестками под рулем — а-ля «Формула-1». Клевать машина, правда, не перестает, а с раскручиванием мотора 1,6 литра до 6000 оборотов эти клевки становятся ощутимее. То есть я уже практически по-настоящему скачу на лошади, то и дело прыгая от руля к спинке сидения. В таком напряжении отличать лепестки скорости от рычагов дворников и фар, которые тоже расположились под рулем, оказалось очень сложно. С непривычки я дергала за них, на лобовое стекло лилась вода, включался дальний свет.
Чтобы не портить себе катание, пришлось вернуться к «автомату». Но ведь недаром меня предупреждали, что коробка тут умная. «Пежо-1007» показал это, попав в пробку. Машина на первой передаче почему-то крутила двигатель до 6000 оборотов. Оказалось, эта интеллектуальная КПП решила, что мы ездим в «спортивном режиме», и запомнила его, а потом решила самостоятельно отжечь в пробке. Да, еще одна особенность: режима «паркинг» здесь нет, вместо него надо пользоваться ручником.
Тысяча седьмой — машина нестандартная, и все решения в ней нестандартные. К сожалению, это не означает, что все они удобные. Магнитола, например, притом что сама по себе хороша — с качественными компонентами JBL, мощными колонками, сочным и чистым звуком, оказалась совершенно неудобной. Я попыталась настроить радио и не смогла найти дисплей. После детального изучения салона он обнаружился в метре от переднего сидения, прямо под лобовым стеклом, в узкой и темной прорези. Разглядеть, что написано на экране, было тяжело даже со стопроцентным зрением.
Безусловно, у 1007-го есть куча неоспоримых плюсов. Двигателя машине вполне хватает, шумоизоляция отменная, просторный салон, высокий потолок, хорошая обзорность, есть даже панорамное мини-зеркало заднего вида, в которое удобно наблюдать за пассажирами заднего сиденья. Все сиденья — и передние, и задние — здесь двигаются и регулируются, только у водительского «крутилок» намного больше. Удобный руль с кнопками управлением магнитолой.
Автомобиль крепко сбит, уверенно держится на дороге, подвеска отлично обрабатывает неровности, ямы, лежачих полицейских.
В этой машине оказалось очень удобно смотреть по сторонам. Можно даже смотреть на небо. Крыша в машине прозрачная, разделенная на две половины. Открывается, правда, только одна половинка. И боковые окна огромные, все светлое и прозрачное, так что чувствуешь себя рыбой в круглом аквариуме
Самая модная особенность: к машине прилагаются два варианта обивки под названием Cameleo (всего таких вариантов 12). Каждый комплект состоит из 18 предметов. То есть можно поменять коврики на панели у лобового стекла, подушки и спинки сидений, накладки дверей, ободки дефлекторов и пр.
Это переодевание напоминает смену панелей у мобильных телефонов: хочешь — красненький салон, хочешь — зеленый, а можно стальной или рыжий.
<3>Стоимость одного набора панелек — 8500 рублей.
Но настоящее удивление в глазах окружающих появляется тогда, когда издали, приближаясь к машине, вы нажимаете на брелке кнопку, и двери сами по себе открываются, просто как по волшебству. И вы заходите внутрь, не садитесь, не залазаете, а именно заходите. Зимой, наверное, будет еще удобнее — не надо трогать запачканную дверную ручку.
Человек ведь постоянно ведет борьбу с автомобильными дверьми, совершенно не замечая этого. Он больно хлопает дверью, толкает ее ногой, бьет ею рядом припаркованный автомобиль и оставляет неподкрашенные сколы гнить. Дверь, в свою очередь, злится и мстит: она отказывается открываться, ее замок замерзает зимой после мойки и не хочет пускать человека в машину, она исхитряется и прикусывает подол пальто, оставляя его пачкаться на улице.
Пассажирам с дверьми везет еще меньше, чем водителям. Сколько неприятных минут испытывает человек, пытаясь выйти из чужой двери!
<4>«Ну пока! Спасибо, что подвез! Спасибо! Черт не могу найти... как же тут? Ниже? Вправо? Выше? Ах, вот!!» — вырываясь на свободу человек радостно хлопает дверью и тут же получает в спину ворчливые комментарии хозяина: «Не хлопай сильно, не Жигули!» или «Хлопай сильней, не «Мерседес». Или самый издевательский вопрос, что я слышу частенько от одного из своих старых приятелей: «У тебя дома есть холодильник?»
Теперь, когда положено начало маршу электрифицированных дверей по планете, никто, никто не посмеет задать своей пассажирке этот издевательский вопрос и послать ее тренироваться с холодильником или, допустим, со шкафом-купе. Да, есть — ну и что? Все равно он без электропривода. Кстати! Производители сверхдорогой мебели! Не забудьте за идею откатить нам с «Пежо» пополам.
Я, со своей стороны, готова взяться за доработку расположения клавиш открывания дверей, которые прикидываются кнопками для открывания окон. А то пассажиры все время пытаются вроде как выйти на ходу. Слава богу, конструкторы такое коварство дверей предусмотрели: на скорости больше пяти км/ч они не открываются. Все-таки это вам уже не холодильник.
