Цивилизация
«Примерно четверть легкового автопарка РФ можно списать в утиль», – констатируют специалисты аналитического агентства «АВТОСТАТ», исследовав перечень машин, которые числятся на учете по базе данных ГИБДД России. В численном выражении — около 7–8 млн российских машин произведены 20–30, а то и 40 лет назад. Большинство из них можно найти брошенными вдоль обочин, в полуразложившемся состоянии. Куча старой автотехники находит свое последнее пристанище на так называемых «автомобильных кладбищах», где часто скапливаются останки угнанных на запчасти машин. Отдельная категория – это стоянки возле ГАИ, где находятся конфискованные автомобили, оставленные для разбирательств после ДТП.
Среди автомобильного «хлама» более 3 млн «Жигулей» и около 3 млн прочих российских и «советских» машин, а также почти 1 млн иномарок.
По словам директора агентства Сергея Целикова, доля иномарок старше 20 лет составляет порядка 10% от общего числа, по ВАЗовской продукции таких машин порядка 25%, по прочим отечественным маркам — почти 40%. На дорогах догнивают тысячи «РАФиков» и «ЛуАЗиков». А можно отыскать даже раритетные модели, такие как «АВИА» и «НИСА», «АРО», есть даже «Тальботы», «Вартбурги», «Баркасы».
При этом если в Европе каждый год утилизируется примерно 6–8% машин, в России эта цифра недопустимо низкая — всего 1,5% (данные Pricewaterhouse Coopers). «В России система переработки машин практически отсутствует. Для того чтобы снять с учета и не платить транспортный налог, физически уничтожать машину не нужно. Утилизация происходит только по документам», – заметил Алексей Киселев, координатор токсической программы Greenpeace в России.
В МРЭО «Газете.Ru» сказали, что для того чтобы снять машину с учета, нужны паспорт и документы на автомобиль, но если документы утеряны, можно обойтись и одним паспортом.
«Избавившись от машины по бумагам, автомобилисты либо просто оставляют ее на дороге, либо увозят в лес или сваливают в ближайший водоем, – заметил Киселев. – В одном лесу наши специалисты во время проверок, как правило, находят 3–4 автомобильных кузовов, 6 – на дне озера». По словам специалиста, один бесхозно «разлагающийся» автомобиль способен отравить почву в радиусе 5 км. вокруг себя.
«Автомобиль – это очень сложный и очень опасный механизм. Он содержит множество опасных и вредных компонентов: нефтесодержащие продукты, масла, химикаты, — поясняет Киселев, — Особый вред приносят тяжелые металлы и токсичные отходы, которые выделяет пластик».
За рубежом утилизировать машину стоит в среднем $40–100. Причем законодательство в этих вопросах очень жесткое: около $400 – единовременный штраф за переработанный автомобиль, загрязняющий среду. Занимаются утилизацией многочисленные частные фирмы. Звонишь – отдаешь машину. На этом твоя функция добропорядочного автомобилиста завершена. В центре по переработке с нее снимают резину и агрегаты, сданные из разных сплавов. Жестяной кузов идет под пресс. Многие материалы используются вторично. Причем перепродажа такого автомобиля приносит большие деньги фирмам.
В России схема работы похожа, но сама услуга непопулярна.
«Причина в том, что в России отсутствует культура цивилизованной переработки машин у самих граждан, а государство в федеральном масштабе ничего не предпринимает. Вероятность, что милиционер окажется рядом в тот момент, когда владелец будет скидывать автомобиль в реку ничтожно мала», — сокрушается Киселев. По его словам, решений у этой проблемы может быть несколько. Например, разработать систему залога: когда человек покупает автомобиль, при этом выплачивает чуть больше, а после утилизации получает свои средства обратно. Другой цивилизованный метод – организовать структуру, которая взамен на утилизированный автомобиль возьмет на себе волокиту по снятию машины с учета и оповещению налоговой».
