Цивилизация
Одна из самых масштабных финансовых афер в США, длившаяся почти 20 лет, будет стоить основателю фьючерсного фонда Peregrine Расселу Вейзендорфу 50 лет тюрьмы. Такое решение вынес федеральный окружной суд Айовы. Наказание не предполагает возможности досрочного освобождения. Срок может быть уменьшен на 7,5 лет за хорошее поведение.
«Обманув инвесторов и регуляторов, Вейзендорф отнял у тысяч невинных вкладчиков невероятные $215 млн, — заявил гособвинитель Шон Берри. — Длительный тюремный срок, вынесенный сегодня, — это справедливое наказание для мошенника, построившего свой бизнес на массовом обмане».
Скандал с фьючерсным фондом Peregrine Financial Group, также известным как PFGBest, разгорелся в июле 2012 года. Схема мошенничества была основана на фальсификации данных по банковским счетам, на которых хранились средства вкладчиков. Вывод денег и дутые показатели вскрылись, когда проверяющие запросили не бумажные выписки, а электронные данные из банка. Узнав об этом, 64-летний Вейзендорф попытался покончить с собой, закрывшись в собственном Chevrolet Cavalier и протянув в салон шланг, прикрепленный к выхлопной трубе. Но полиция нашла его и отправила в больницу.
В записках, написанных перед попыткой самоубийства, а также в суде Вейзендорф признался, что мошенничества начались еще в 1993 году, после того как Комиссия по торговле товарными фьючерсами (Commodity Futures Trading Commission, CFTC) США проверила, как фонд использует средства вкладчиков. Выявились «технические нарушения», и было предписано повысить собственный капитал фирмы. Вейзендорф был поставлен перед выбором — закрывать бизнес или схитрить, ему казалось, что регулятор просто преследует Peregrine, больше заботясь о том, чтобы убрать фонд с рынка, чем об интересах инвесторов. «Я не чувствовал вины за обман регулятора, — говорилось в записке. — Он сам захотел стать моим врагом».
Проверку в 1993 году вел следователь CFTC Роберт Эгнью. Он отошел от дел 11 лет назад и не смог вспомнить подробности дела PFGBest, когда газета The Wall Street Journal попросила его об этом. «Знаю, регулятор постарается возложить вину за мое преступление и на других руководителей PFG, но он обнаружит, что я единственный виновный, и я уже понес наказание гораздо большее, чем он надеялся потребовать, — написал Вейзендорф. — Я готов умереть. Полагаю, это единственный выход из бизнеса, который я так сильно ненавижу».
Вейзендор утверждал, что большая часть похищенных средств была потрачена на выполнение требований регулятора и уплату штрафов.
Еще одна записка была обращена к сыну, Расселу Вейзендорфу-младшему, занимающему в Peregrine пост президента. Вейзендорф писал: «Не хотел, чтобы ты знал, каким парнем я был на самом деле... Твоей единственной ошибкой было то, что ты доверял своему отцу».
Жене Нэнси Паладино Вейзендорф завещал большую часть своего состояния. «Моя смерть будет для нее полной неожиданностью», — пояснял он в записке к сыну. После ареста жена навещала Вейзендорфа. По словам ее адвоката, она добивается развода и отказывается от дальнейших комментариев.
В июле началось банкротство фонда Peregrine.
Клиентам Peregrine удалось вернуть примерно $123 млн, или 30—40% от общих требований, отрапортовал ответственный за банкротство фонда Айра Боденштейн.
Боденштейн пытается получить $2,9 млн с предыдущей жены Вейзендорфа. Эти деньги ей достались при разводе, они, как утверждает заявитель, также были взяты из денег вкладчиков. Обвинители считают, что Вейзендорф тратил деньги отнюдь не на штрафы. «Ответчик жил так, как будто он самый богатый человек в мире», — заметил ассистент обвинителя Питер Диган.
Вейзендорф появился в суде в оранжевом свитере с капюшоном поверх тюремной робы. По словам его духовника, пастора лютеранской церкви вознесения Линды Ливингстон, за 7 месяцев в заключении от потерял более 10 кг. У Вейзендорфа к тому же обнаружили опухоль поджелудочной железы. Ливингстон напомнила, что мать Вейзендорфа умерла от рака поджелудочной, но уточнила, что характер опухоли у Вейзендорфа пока не известен.
«Я очень сожалею о материальном и моральном ущербе, который причинил инвесторам и сотрудникам Peregrine Financial Group», — сказал Вейзендорф слабым голосом, пишет Reuters. «Моя вина так велика, что я приму мое наказание, каким бы оно ни было, — цитирует обвиняемого WSJ. — Я потерял любовь моего сына, мне никогда снова не увидеть внуков».
Сын ни разу не посетил Вейзендорфа в заключении и не пришел на оглашение приговора. Он заявил прессе, что это мошенничество уничтожило его жизнь, финансы и репутацию. «Это разрушило нашу семью, похоронило репутацию, сломало мой брак, отдалило меня от моего старшего сына и близких друзей, — перечисляет Вейзендорф-младший. — Материально я уничтожен и нахожусь на грани банкротства».
