Цивилизация
Возможно, этот фильм надо смотреть, ничего не зная ни об «Умберто Д.», ремейком которого является «Человек и его собака», ни о болезни исполнителя главной роли Жана-Поля Бельмондо. Тогда вы увидите просто медленное, слегка монотонное кино о старике по имени Шарль, которому негде жить и который почти никому не нужен. Больше всего на свете его любит собака, верная дворняжка, единственное, что удерживает его в этой жизни.
Но фильм невозможно смотреть «с чистого листа».
Классика неореализма, фильм 1952 года «Умберто Д.» Витторио де Сика слишком важен для истории кинематографа. «Человек и его собака» (точнее, «Человек и Его Собака», потому что собаку в фильме так и зовут — Моя Собака) то переосмысливает де Сика, то отдает ему дань уважения. Режиссер Франсис Юстер, доработав сценарий Чезаре Дзаваттини, сместил акценты.
У него получилась столь же мучительная, как у де Сика, драма о гордости, унижении и одиночестве, но увиденная с совершенно иной точки зрения.
Де Сика намеренно снимал непрофессиональных актеров (в том числе удивительного Карло Баттисти в главной роли), медитировал на долгих эпизодах «реальной жизни», с хирургической жестокостью отсекал все, что связывало героя с жизнью. Он, следуя принципам неореализма, показывал «истинную правду о народе». И о любом человеке, чья жизнь вдруг оказалась никому не нужной.
У Франсиса Юстера получилась истинная правда о человеческом теле: оно разваливается, гниет и умирает, но продолжает надеяться до самого конца.
Фильм можно назвать «Жан-Поль Б.», потому что главный герой здесь не безвестный старик Шарль, а сам Бельмондо, снявшийся в кино впервые после инсульта.
Он преодолел паралич, научился говорить и, соглашаясь на роль в ремейке «Умберто Д.», поставил условие: снимать его как есть. «Я видел оригинальный фильм Витторио де Сика, который почти пятьдесят лет назад снимал меня в «Чочаре», я прочитал новый сценарий Франсиса Юстера.
Этот персонаж — это я», — сказал Бельмондо о своей, возможно, последней роли.
Если в «Умберто Д.» герой был общественным животным и общество каждую минуту старалось ему об этом напомнить, лишить его еще чего-нибудь, то у Юстера все телесно. Фильм даже начинается с того, что герой получает по башке во время митинга. Дальше – больше. Из дома его выгоняет не общество (то есть, как у де Сика, домовладелица за неуплату), а личная жизнь: бывшая возлюбленная, у которой он жил, нашла себе жениха, и теперь ей мешает ее прошлое – старый, медленный Жан-Поль Б. и его собака. Умберто слышал от социума только «нет» — у Шарля проблема гораздо страшнее: он просто устал жить. Да, он встречает милых и приятных людей, у многих из них были «точно такие же собаки» — ну и что? У него просто нет больше сил.
Пес в фильме Юстера не просто компаньон, а что-то вроде части тела или, скорее, части души, цепляющейся за жизнь.
Ну да, сентиментально. Но главные слезы тут вызывают не сцены воссоединения человека и пса, а вид самого Бельмондо. Некоторые критики сказали, что фильм — документальное кино из жизни Бельмондо, притом что в реальной жизни актер не одинок, не бездомен и не считает, что жизнь прошла зря. Но в «Человеке и его собаке» зрители видят в первую очередь физическую немощь полубога — безумного Пьеро, человека из Рио, секс-символа, профессионала, — хотя Бельмондо остается блестящим актером и камера любит его чуть ли не больше, чем раньше.
«Человек и его собака» провалился во французском прокате («Умберто Д.» тоже в свое время провалился).
В «Человеке» нет навязчивой слезоточивости, как в каком-нибудь «Хатико», нет голливудского лоска, артхаусной «правды жизни» или правды умирания — ничего, кроме человека, собаки и воспоминания о большом итальянском кино пятидесятых, большом французском кино шестидесятых, большом кино вообще. Не зря у Юстера, в противовес непрофессиональным актерам «Умберто Д.», даже в эпизодах играют Макс фон Сюдов, Даниэль Ольбрыхский и Робер Оссейн. На зрителя смотрит уставшее, постаревшее большое кино. Когда-то оно было молодым, а теперь стало легендарным. Нет больше сил.
