Цивилизация
Слава небесам, на 67-й венецианской Мостре обошлось без обычного мафиозного ритуала – награждения утешительным призом какого-нибудь бездарного итальянского фильма. Мафиозный принцип был применен более широко. Президент жюри Квентин Тарантино беззастенчиво наградил «Золотым львом» свою бывшую подругу Софию Копполу за лирическую драму «Где-то». Более того, «Специального льва» за вклад в мировое кино Квентин подарил старику Монте Хеллману, главная заслуга которого заключается не в фильмах (и уж точно не в путаной и плоской «Дороге никуда», представленной в конкурсе фестиваля), а в продюсировании тарантиновского дебюта, «Бешеных псов».
По слухам, Тарантино сильно понравились два фильма:
молчаливый «триллер преследования» польского классика Ежи Сколимовского «Убийство по существу», где афганского террориста сыграл американец Винсент Галло, и «Печальная баллада для трубы» испанца Алекса де ла Иглесиа – жестокий и броский китч о двух влюбленных клоунах в эпоху правления Франко. Между ними ушлый президент жюри распределил остальные призы. Сколимовский получил Спецприз и актерский Кубок Вольпи для Винсента Галло (артист-маргинал то ли не приехал в Венецию, то ли не вышел на сцену, несмотря на призыв режиссера «Будь мужчиной!»), Иглесиа – премию за сценарий и «Серебряного льва» за лучшую режиссуру.
Неужели в жюри был один Тарантино – и больше ни одного человека с собственным мнением? Не совсем так.
Ведь кто-то должен был выбить награду для молодой и симпатичной гречанки Арианы Лабед, сыгравшей в отмороженном «Аттенберге» Атины Рэйчел Цангари. Или медаль «Озеллу» для «Овсянок» Алексея Федорченко, присужденную лично Михаилу Кричману (не в первый раз Венеция награждает наших операторов: сразу двум из них пару лет назад дали приз за «Бумажного солдата») – герою Мостры со времен «Возвращения». Вправе ли обижаться россияне, бывшие лидерами по версии критики и получившие от жюри единственную, сравнительно скромную награду? Нет. Во-первых, у них еще и приз мировой кинопрессы ФИПРЕССИ, и специальный диплом экуменического жюри. Во-вторых, другим интереснейшим участникам конкурса не досталось вовсе ничего.
В числе обойденных можно назвать, в частности, молодого чилийца Пабло Лоррейна с парадоксальным антиисторическим фильмом «Посмертно», замечательного француза Абделлатифа Кешиша с монументальной правозащитно-философской фреской «Черная Венера» и феноменального китайского документалиста Ван Бина, чей игровой дебют «Канава» по праву можно было назвать главным открытием фестиваля. Каждый из них уехал с пустыми руками. Дело не в том, что камерная и милая картина Копполы-младшей заметно уступает перечисленным лентам, а в неожиданной пристрастности и односторонности киномана Тарантино: фильмы, не входящие в близкую ему парадигму квазижанрового кино, он предпочел попросту не заметить. А жаль.
У Софии все шансы и на «Золотые глобусы», и на очередной «Оскар»: ее в Голливуде не забудут.
Что до Кешиша, Лоррейна или Ван Бина, то Венеция была их единственным шансом прозвучать так громко, как они того заслуживали.
Столь скучная развязка фестиваля заставила взглянуть в сторону от основного конкурса – и увидеть там напоследок много интересного.
Параллельный конкурс «Горизонты» шел своим чередом. Его жюри под председательством иранско-германской постановщицы и видеохудожницы Ширин Нешат отсмотрело около семидесяти фильмов, присудив в итоге свои призы. Лауреатов показали единым сеансом, подряд, и от экрана было трудно оторваться.
Победитель в категории «короткий метр» — австрийский видеохудожник Петер Черкасски; его получасовые «Грядущие аттракционы» представляют собой авангардную обработку выразительных образов черно-белого немого кино. Встреча с таким зрелищем возвращает чистое удовольствие от просмотра, не отягощенное идеологическими смыслами или попытками вызвать катарсис. Победитель в среднем метре – самый необычный из политических фильмов, израильский «Вон!» Рои Розен. Две лесбиянки-садомазохистки в псевдодокументальном стиле рассуждают об изгнании демона: бесом оказывается не кто иной, как министр иностранных дел Израиля Авигдор Либерман. Финал картины – ритуал экзорцизма (одна героиня хлещет плеткой другую, раздетую догола и прикованную к потолку наручниками, а та выкрикивает страшным мужским голосом цитаты из Либермана). В конце концов появляются двое русских музыкантов, исполняющих под сопровождение аккордеона романс на стихи Есенина «Письмо матери». Победитель полнометражный – мексиканец Николас Переда с картиной «Лето Голиафа», завораживающе-медитативной историей деревенской жительницы, ищущей сбежавшего мужа. Также выяснилось, что в ходе венецианских просмотров жюри определило собственного номинанта на премии Европейской киноакадемии за лучшую короткометражку. Таковой был признан «Внешний мир» Дэвида О'Рэйли – безумный, абсурдный, неполиткорректный и дико смешной мультфильм.
Ни один из этих фильмов никогда не окажется в прокате.
Ни один, вероятнее всего, не заинтересовал бы Квентина Тарантино. Произошло разделение: для конкурса, наград, медийной славы предназначен мягкий арт-мейнстрим, способный развеселить или растрогать, но никак не изменить лицо современного кинематографа (таковы все премированные фильмы). Для творческой лаборатории «Горизонтов» отсепарировано бесшабашное и безбашенное экспериментаторство, не рассчитывающее на успех у какой-либо публики. Ведь собранный директором Мостры Марко Мюллером с мира по нитке колоссальный параллельный конкурс практически никто не смотрел, а ведущие итальянские журналисты не посвятили ему ни одной статьи: некогда было, да и неинтересно. Таким образом, отборщики и жюри невольно пришли к обескураживающему выводу: формальный поиск – это для эстетов и снобов, а кино должно быть развлечением для народа. Немного печально, что отныне частью этой безликой массы пассивных зрителей стал и Тарантино, полтора десятилетия назад бывший одним из самых яростных авангардистов американского кино. Впрочем, фильм Софии Копполы все равно очень хорош, с чем ее и поздравляем.
