Цивилизация
За время, прошедшее с момента изобретения фотографии, всплески массового к ней интереса случались неоднократно. Упрощение технологий дало возможность миллионам людей почувствовать себя творцами собственной реальности. Нынешний фотографический бум можно счесть апофеозом вдохновенного дилетантизма, однако у этого феномена имеется предыстория.
В 60-е годы прошлого века увлечение светописью было почти столь же повальным.
Именно тогда в СССР стали появляться, как грибы после дождя, бесчисленные фотокружки и фотоклубы: государство реагировало на культурные запросы населения. Разумеется, подавляющее большинство этих самодеятельных объединений не оставило в истории никакого следа, хотя бывали и исключения. Столичный фотоклуб «Новатор», организованный в 1961 году при одноименном Доме культуры строителей, оказался институцией не просто живучей (он и сейчас продолжает работать, правда, на другой площадке), но и легендарной.
Отцами-основателями клуба были рекламные фотографы Александр Хлебников и Георгий Сошальский. Благодаря их связям в профессиональной среде «Новатор» сумел избежать участи банального «кружка по интересам». В жизни клуба участвовали даже такие мэтры, как Борис Игнатович, Александр Гринберг, Сергей Иванов-Аллилуев. Здесь сложилась весьма демократическая атмосфера, позволявшая новичкам преодолевать свои комплексы и запросто консультироваться у признанных мастеров.
Из этого «гнезда» вышли настоящие звезды — назвать хотя бы Игоря Пальмина, Бориса Савельева, Анатолия Ерина, Георгия Колосова.
На юбилейной выставке фигурируют, впрочем, не одни лишь знаменитости. Из шести десятков представленных авторов большая часть широкой публике не знакома. Зато эта панорама дает хорошее представление о стиле, свойственном «новаторам» в 1960-70-е годы.
Строго говоря, как раз новаторами в буквальном смысле слова они и не были. В залах доминирует установка на классичность изображения.
Преобладают лирические пейзажи, психологические портреты, жанровые сценки. И даже экспериментальные вроде бы формы (например, излюбленные в клубе фотограммы) в действительности никакого авангардного начала в себе не содержат: по сути, это повторение пройденного еще в начале столетия. Работы членов клуба берут не новизной, а проникновенностью. Поскольку от них не требовалось отображать «героический труд народа на благо социалистической родины» (хотя со временем многие питомцы клуба оказались вполне востребованы в качестве газетных и журнальных репортеров), эти люди могли себе позволить субъективный взгляд на окружающий мир.
Взгляд не критический, а сопереживающий.
Несмотря на то, что советская власть на деятельность «Новатора» посматривала порой с подозрением, ничего диссидентского в ней не обнаруживается. Подозрения подобного рода говорят скорее о параноидальных наклонностях тогдашней идеологии. Практически все члены клуба были задвинуты на «чистом искусстве» и на ремесленных аспектах. Пресловутая «правда жизни» возникает в их работах большей частью как следствие, как неизбежный результат внимательного отношения к натуре. Рискнем предположить, что по прошествии лет такая концепция оказывается более релевантной, чем спекулятивные поиски «остроты» и сиюминутной выразительности. Во всяком случае, те, кто жил в означенные годы и знает про них не понаслышке, эстетике «новаторов» поверит безоговорочно.
