Цивилизация
Молодая француженка Алис влюблена в мир Вуди Аллена с ранней юности, когда она увидела в одном из маленьких кинотеатров Латинского квартала фильм «Ханна и ее сестры». С тех пор она стала предпочитать иллюзорный Манхэттен реальному Парижу, а портрет режиссера, висящий на стене комнаты, стал ее постоянным собеседником. Сказать по правде, беседами с фотографией общение Алис и ограничивается: она не слишком-то расположена к окружающим, и вряд ли стоит удивляться, что и в личной жизни ей не слишком везет. Но девушка не унывает, делая вид, что ей никто не нужен;
работая в аптеке, она тайком раздает своим клиентам DVD с любимыми комедиями, уверенная, что фильмы Аллена способны исцелить от всех недугов и решить все проблемы.
Семейству Алис смириться с ее странностями сложнее. Там и без нее достаточно проблем: мать тайком прикладывается к бутылке, у сестры явно что-то не ладится в отношениях с мужем, юная племянница целыми днями пропадает невесть где с таинственным ухажером, за целый год так и не соизволившим показаться ее родственникам на глаза. Масла в огонь подливает и отец Алис, мечтающий выдать дочь замуж. Но однажды в жизни неудачницы-киноманки появляются сразу два мужчины. Один — богатый красавчик Венсан, разделяющий ее любовь к Вуди Аллену и мелодиям Кола Портера, другой — ироничный электрик Виктор, постоянно подтрунивающей над новой знакомой и не видевший даже «Все, что вы хотели знать о сексе…», не говоря уже об остальном.
Хотя все преимущества, казалось бы, на стороне Венсана, Алис вдруг замечает, что выбрать из двух претендентов ей непросто. Ситуация кажется неразрешимой.
Оммаж режиссеру, естественно, должен быть похож на его лучшие фильмы. Любой поклонник может с легкостью перечислить все, что делает лучшие работы Вуди Аллена именно работами Вуди Аллена.
Классический джаз в саундтреке. Прогулки и беседы влюбленных на фоне безумно красивых городских пейзажей. Тонкое и аккуратное акцентирование еврейской темы.
Непростые, зачастую перверсивные сексуальные отношения между персонажами. Нелепый и смешной рефлексирующий мизантроп в качестве главного персонажа. Наконец, убийственная ирония, с которой Аллен в чуть ли не каждом своем фильме расправляется с окружающим миром, с людьми, с высокими чувствами и, главное, с самим собой. Почти все перечисленное выше в фильме дебютантки Софи Лелуш, как ни странно, есть. Ее Алис, горячая поклонница знаменитого Кола Портера, живет в одном из самых красивых городов мира. Сексуальной раскрепощенности членам ее семьи, как выясняется по ходу картины, не занимать. Разумеется, все главные персонажи — евреи (Мишель Омон прекрасен в образе отца Алис, жестикулирующего ничуть не менее характерно, чем сам Вуди).
Не обошлось, конечно, и без цитат — явных или завуалированных. Портрет кумира в комнате Алис разговаривает исключительно репликами из фильмов кумира (в субтитрах указаны первоисточники). Виктор и Алис бродят по коридорам квартиры ее сестры с фонариком точно так же, как персонажи «Загадочного убийства…». Влюбленные гуляют по парижским улочкам то отставая, до догоняя друг друга как Мэри и Айзек на улицах Манхэттена, а весь сюжет отчасти напоминает сценарий Аллена «Сыграй это еще раз, Сэм!», с той разницей, что вместо Хамфри Богарта здесь - сам Вуди, а вместо призрака - фотопортрет.
Не хватает только одного — иронии и самоиронии, в которой Софи Лелуш и ее Алис даже не пытаются тягаться с кумиром. Как ни старайся, чужое отношение к жизни и к себе не имитируешь. Наверное, поэтому и достаточно взглянуть на заключительную сцену, в которой герои страстно целуются и кружатся в рапиде, чтобы понять, что
искренний и милый «Париж — Манхэттен» получился по настроению куда более похожим на комедийные мелодрамы Клода Лелуша, чем на сам «Манхэттен», «Проклятие нефритового скорпиона» или «Любовь и смерть».
Впрочем, приятно, что Софи Лелюш и сама прекрасно осознает то, что известно любому алленоману, — самого Вуди нельзя заменить никем — и даже не пытается. Но как раз поэтому и стоит досмотреть эту красивую и обаятельную картину до конца. Тем более что, как и в лучших фильмах Аллена, здесь обязательно появляется «бог из машины», решающий все неразрешимые проблемы и делающих всех-всех-всех счастливыми. Включая зрителей, которым, как водится, от такого несуразного хэппи-энда все же становится немного грустно.
