Цивилизация
За последние 10 лет певец Стинг чем только не занимался. Возродил группу Police, прокатился с ней по Европе — и распустил обратно, как только запахло полноценным воссоединением. Переаранжировал собственные композиции для симфонического оркестра и даже живьем продемонстрировал результаты этого эксперимента в Москве. Выпустил альбом лютневой музыки эпохи барокко и сборник рождественских песен (автором одной из них значились через запятую сам Стинг и Иоганн Себастьян Бах). Единственное, чего за эти 10 лет не было, — это полноценной пластинки с новыми авторскими сочинениями: до текущей недели последним таким опытом для Стинга оставался диск «Sacred Love», вышедший в далеком 2003 году.
Могло показаться, что традиционное песенное творчество музыканта вообще больше не интересует, и, пожалуй, одного лишь факта издания нового альбома мало, чтобы опровергнуть эту гипотезу. Самим своим названием, «The Last Ship», диск как будто намекает, что это последняя подобная работа певца, которую он, напрягшись, выдал исключительно из уважения к собственным поклонникам. Однако на самом деле в особенно теплых чувствах к поклонникам Стинг давно не был замечен: более того, в недавнем интервью британской газете Guardian певец цинично заявил, что
заработал уже достаточно, чтобы позволить себе все, что душе угодно, — в это почти беспредельное множество включаются и запись лютневого альбома, и, например, выступление в Узбекистане по личному приглашению дочери Ислама Керимова.
За этот концерт с заоблачным ценником музыканта на родине не осудил разве что ленивый.
Словом, мнение фанатов певца волнует в последнюю очередь, а стало быть, он явно не будет принимать близко к сердцу и ту критику, которой многие по горячим следам подвергли «The Last Ship».
Лейтмотив критических отзывов в общем и целом сводится к расхожей формулировке: «Стинг уже не тот». Здесь, впрочем, требуется уточнение: а когда именно он был «тот»? Очевидно, что на этот вопрос возможны разные ответы. Даже Police времен песен «Roxanne» и «Every Breath You Take» — это практически две разные группы, да и Стинг соло далеко не сразу превратился в сочинителя романтических баллад для одинокого вечера на гостиничном балконе.
«The Last Ship» однозначно не похож на усталый взрослый поп предыдущего «песенного» альбома «Sacred Love» — но это и к лучшему;
не похож он, с другой стороны, и на звуковую дорожку мюзикла, как можно было бы подумать, ознакомившись с бэкграундом пластинки. В самом деле, на основе этих песен
музыкант планирует в 2014 году осуществить целую бродвейскую постановку, посвященную своему портовому детству
и, в частности, доживающей свой век судоверфи в Ньюкасле, с которой нет-нет да и сойдёт последний корабль (между делом проясняется и выбор названия для альбома, который с планами Стинга на будущее никак не связан). Тем не менее выполнена запись в весьма приглушенных тонах, театральные эффекты здесь сведены к минимуму: разве что сам Стинг периодически осваивает простонародный докерский акцент и соответствующий лексикон.
Описать диск, пожалуй, следует так: это набор песен, в котором содержание полностью подчиняет себе форму.
Печальная, поэтичная и очень английская по духу история о закате некогда мощного корабельного промысла, разумеется, метафорически уподобленная склоняющейся к закату жизни.
Она подана в подобающих декорациях: в инструментарии преобладает старообразная акустика, а в композиции «So to Speak» дуэтом с автором поет Бетти, солистка замечательной фолк-группы The Unthanks. В сущности, с точки зрения настроения и атмосферы «The Last Ship» близок скорее недавним экспериментальным альбомам Стинга, в частности тому самому морозному рождественскому диску «If on a Winter's Night…». Очевидно, что Пёрселл с Шубертом, которых певец транскрибировал на той пластинке, ему по-прежнему ближе и роднее любой поп-музыки, и в «The Last Ship» слышна все та же барочная звуковая орнаментика. Разница лишь в том, что здесь она поставлена на службу внятным, лаконичным песням собственного сочинения, и, положа руку на сердце, это самозабвенное копание в прошлом, как в собственном, так и в общекультурном, парадоксальным образом звучит свежее и современнее, чем весь постылый жанр adult contemporary, к которому Стинг на протяжении нескольких десятилетий имел не последнее отношение. Он будто бы спустился к воде и теперь машет вслед уплывающему кораблю не с изящной террасы с видом на море, а прямо с песчаной кромки.
