Цивилизация
В таких случаях всегда интересно изучать новостные заголовки: «Звезда «Дневника памяти», «Актер из «Родословной» — как только не величали Шепарда коллеги в первые часы после того, как было объявлено о его смерти. Благодарные зрители про себя наверняка вспомнили «Пароль «Рыба-меч», или «Дни жатвы» Теренса Малика, или «Падение Черного ястреба». Все это, впрочем, сейчас уже совсем не важно: главное, что единожды увидев лицо Шепарда — даже в самом завалящем эпизоде — его совершенно невозможно забыть. Показательно, что в какой-то момент он сыграл тень отца Гамлета (в перелицовке на современный лад, которую в 2000 году сделал Майкл Алмерейда) — вот уж где идеальный пример поистине незабываемого эпизода.
Тем удивительнее, что начиналась жизнь Шепарда в искусстве совсем иначе.
Сын военного, он все детство наблюдал страдания своего отца-алкоголика, вынужденного значительную часть жизни содержать ферму деда Сэма и кормить семью. Шепард не раз признавался, что наблюдения за отцом были для него одним из постоянных источников вдохновения. Судьба Шепарда-младшего решилась почти случайно. Он каким-то образом угодил в литературный класс, попал в среду битников и там познакомился с драматургией Беккета, живописью Джексона Поллока и другими достижениями культуры послевоенной эпохи. В результате запланированная карьера ветеринара пошла под откос — Сэма захватила драматургия, сама по себе возможность, как он говорил, фактически из ничего создавать произведения искусства.
Шепард быстро стал одним из заметных драматургов внебродвейского движения.
Его пьесы пользовались популярностью, а сам он водил дружбу с Бобом Диланом и имел кратковременный, но яркий роман с Патти Смит, с которой дружил потом на протяжении всей жизни. Тогда же он расширил поле деятельности — Сэм стал соавтором сценария шедевра Микеланджело Антониони «Забриски Пойнт», в котором отразились переживания молодежи эпохи «лета любви», с которыми Шепард был знаком не понаслышке. Еще спустя несколько лет получила полноценный старт его актерская карьера — в 1978-м на экраны вышли «Дни жатвы» Терренса Малика, где Шепард сыграл богатого фермера, который стал конкурентом героя Ричарда Гира в борьбе за сердце героини Брук Адамс.
Наконец, в 1983 году кинокарьера актера достигла своеобразного пика — за роль в фильме «Парни что надо» про летчиков-испытателей он получил свою первую и последнюю номинацию на премию «Оскар» за лучшую роль второго плана.
Как ни удивительно, но после такого впечатляющего запуска Шепард не стал пытаться забраться повыше на голливудский олимп. Он продолжал сниматься в кино, но в поздние годы признавался, что никогда не был поклонником студийной системы, которая, по его мнению, убивает в художнике независимый взгляд. Тем не менее работой он не пренебрегал, а напротив — совмещал блестящие характерные роли (в том числе и в жанровых картинах) и сотрудничество с выдающимися авторами. Такими, как, например, Роберт Олтман — его фильм «Без ума от любви» поставлен по пьесе Шепарда, который еще и сыграл в картине главную роль. Главным же в этом ряду стал тандем с Вимом Вендерсом. Вместе они с разницей в два десятилетия сделали два выдающихся фильма — «Париж, Техас» и «Входите без стука». В последнем Шепард также сыграл главную роль — вышедшего в отставку актера, героя вестернов.
Иными словами, для современной американской культуры Шепард был настоящим человеком эпохи Возрождения.
До последних дней он не только снимался, но и писал пьесы, выпустил два сборника рассказов. Постановки по его произведениям идут в театрах всего мира — в том числе и в России. Показательно, что в период самого интенсивного — начального — этапа своей карьеры Шепард стал лауреатом Пулитцеровской премии — за пьесу «Погребенное дитя», посвященную драме современной американской семьи. Сейчас эта пьеса, пережившая три с лишним десятка лет сценической жизни, готовится к своей первой экранизации.
