Экс-полковник ФСБ Михаил Трепашкин был освобожден из колонии

В пятницу экс-полковник ФСБ Михаил Трепашкин был освобожден из колонии общего режима в Нижнем Тагиле Свердловской области. Об этом сообщило управление ФСИН по Свердловской области. В 8.20 по местному времени Трепашкин покинул пределы колонии – его никто не встречал. Ранее предполагалось, что осужденного освободят около полудня, но по распоряжению начальства колонии его выпустили на несколько часов раньше. Как рассказал «Газете.Ru» общественный защитник Трепашкина Сергей Кузнецов, также не успевший вовремя прибыть в колонию, ранним утром Трепашкин позвонил и сообщил, что направляется в Екатеринбург на маршрутке.

%Михаил Трепашкин стал известен благодаря участию в ноябре 1998 года в пресс-конференции, на которой подполковник ФСБ в запасе Александр Литвиненко и его коллеги утверждали, что по приказу руководства участвовали в заговоре с целью убийства Бориса Березовского.

После ухода из органов безопасности Трепашкин занимался адвокатской практикой и работой в общественной комиссии по расследованию взрывов жилых домов в Москве в 1999 году. Результатом работы стала книга Юрия Фельштинского и Александра Литвиненко «ФСБ взрывает Россию».

В 2002 году против Трепашкина было возбуждено уголовное дело. Его обвинили в разглашении гостайны. По версии следствия, у него в квартире устроили обыск в рамках поисков Литвиненко. Но вместо компромата на Литвиненко следователи нашли у Трепашкина свыше тысячи документов с места бывшей работы. По данным следствия, Трепашкин с 1984-го по 1997 год, проходя службу в КГБ СССР и ФСБ России, делал копии со служебных документов. Из них около 30 бумаг следствие посчитало секретными. Кроме того, во время обыска у Трепашкина нашли 22 разнокалиберных патрона.

Михаил Трепашкин обвинялся в разглашении гостайны своему бывшему коллеге – полковнику ФСБ Виктору Шебалину. Трепашкин, работавший в 2002 году адвокатом, передал Шебалину сводки прослушивания телефонных переговоров членов «гольяновской» ОПГ. В интервью газете «Московские новости» Трепашкин утверждал, что в прослушках речь шла о коррумпированных сотрудниках спецслужб, которые, по сути, стали членами преступной группы. Защита утверждала, что Трепашкин просил знакомого через свои контакты довести переданную информацию до руководства ФСБ. Однако дело не было расследовано, зато обвинение предъявили самому Трепашкину.

Адвокаты считают, что дело Трепашкина носило исключительно заказной политический характер. Дело в том, что он был задержан за пять дней до начала судебных слушаний по делу о взрыве жилого дома на улице Гурьянова, где Трепашкин должен был выступить защитником сестер Морозовых, у которых в результате взрыва погибли родители. Кроме того, по словам адвокатов, Трепашкин располагал сведениями, якобы подтверждающими, что к взрывам в Москве напрямую причастна ФСБ.

19 мая 2004 года Московский окружной военный суд приговорил Трепашкина к пяти годам лишения свободы.

Подсудимый был признан виновным в разглашении тайны без признаков государственной измены (статья 283 УК РФ), а также в незаконном хранении боеприпасов (ч. 1 ст. 222 УК РФ). Но позже Мособлсуд, куда с кассационной жалобой обратилась защита Трепашкина, отменил приговор в отношении ч. 1 ст. 222 и дело по обвинению в незаконном хранении оружия прекратил. Тем самым срок снизили с пяти лет до четырех. Срок отбывания наказания исчислялся с момента ареста Трепашкина 1 декабря 2003 года.

Госдепартамент США включил Трепашкина в список из семи политзаключенных России.

После трети срока Трепашкин подал заявление об условно-досрочном освобождении в суд Нижнего Тагила, по месту отбывания наказания. По решению суда в августе 2005 года заключенный был освобожден, но прокуратуры Нижнего Тагила и Свердловской области не согласились с этим решением и обжаловали его в Свердловском областном суде. В сентябре 2005 года Трепашкин был возвращен в колонию-поселение. 9 марта этого года Тагилстроевский суд Нижнего Тагила перевел Трепашкина в колонию общего режима. С требованием о переводе на более жесткий режим содержания обратилась администрация колонии-поселения, мотивируя свое обращение систематическими нарушениями режима.