Цивилизация
«Частичное обрушение фасада здания по адресу Крестовоздвиженский переулок, 1, произошло 17 июня около 10 часов вечера. В результате ЧП пострадали два уроженца Узбекистана, которые были доставлены в НИИ им. Склифосовского. Один из пострадавших в данный момент помещен в реанимацию, — сообщили «Газете.Ru» в пресс-службе УВД по Центральному округу Москвы. — Решается вопрос о возбуждении уголовного дела».
«Дом Волконского» — уникальное здание XVIII века, принадлежавшее в 1816–1821 гг. деду Льва Толстого графу Николаю Сергеевичу Волконскому, который стал прототипом известного героя в романе «Война и Мир». В этом же доме Толстой познакомился с княжной Прасковьей Щербатовой, которая стала прообразом Кити Щербацкой из «Анны Карениной».
В 2009 году здание было исключено из списка объектов культурного наследия решением бывшего мэра Москвы Юрия Лужкова, после чего его передали в частные руки. Нынешние владельцы экс-памятника архитектуры — «Центр развития межличностных коммуникаций» — в данный момент проводят реконструкцию, собираясь пристроить к двухэтажному зданию еще два этажа. Градозащитники, в свою очередь, говорят, что «дом Волконского» находится на территории объединенной охранной зоны памятников архитектуры, а законодательство запрещает реконструкцию объектов и новое строительство на подобных участках. Есть, правда, одна оговорка: разрешается только так называемая регенерация — восстановление исчезнувших элементов исторической среды.
Несмотря на то, что «дом Волконского» был официально вычеркнут из списка памятников архитектуры, он сохранил «прописку» в охранной зоне, в которой по закону запрещается надстраивать историческое здание, если оно не имело надстройки прежде.
Сами застройщики, однако, ссылаются на ордер объединения административно-технических инспекций (ОАТИ) и разрешение на реконструкцию, полученное в ноябре прошлого года.
Координатор общественного движения «Архнадзор» и член градостроительной комиссии города Москвы Константин Михайлов считает, что решение о реконструкции исторического здания противоречит законодательству, а ордер не дает застройщикам права на надстройку дополнительных этажей.
«Основанием для выдачи ордера явилось решение градостроительно-земельной комиссии (ГЗК) Москвы, которая, к слову, сама по себе является не органом власти, а некой межведомственной комиссией, — рассказал «Газете.Ru» Михайлов. — Тем не менее она постоянно принимает важные решения о строительных проектах, реконструкциях, сносах домов и новых объемах строительства. Но это решение выдавалось без оглядки на нормы законодательства, запрещающие новое строительство и реконструкцию в охранных зонах.
И даже в этом ордере есть перечень разрешенных работ, в который входят всего три вида: устройство шпунтового ограждения, рытье котлована и обустройство строительной площадки. Там нет ни слова о том, что можно ломать капитальные наружные стены, разрушать купол, сбивать декор с фасада и тому подобное».
«Проект, который уже согласован со столичными властями, предусматривает надстройку двух новых этажей на историческом доме. Считаю, что этот проект абсолютно не вписывается в рамки закона — это подтверждает и заключение аттестованных государственных экспертов в области охранного наследия. Именно на этом основании Министерство культуры не согласовало градостроительный регламент квартала, который предусматривал надстройку этого дома.
Тем не менее городские власти выдали согласование на проект, и в марте этого года начались работы, которые привели к уничтожению значительной части подлинного исторического дома: снесена половина дворового фасада XVIII века, разобраны все кровли, фактически разобран угловой купол — самый значимый архитектурный элемент дома, и идет активная подготовка к надстройке дома двумя этажами. Видимо, застройщик очень спешит и стремится нанести непоправимый вред историческому памятнику, чтобы разрушить предмет спора и снять этот вопрос».
При Собянине инвесторы и застройщики начали брать крепости, которые при Лужкове были им недоступны.
«Подобные проекты, конечно, обсуждались и продавливались уже тогда, но ковш экскаватора за это время не коснулся ни дома князя Волконского, ни Кругового депо на Ленинградском вокзале, которое было практически полностью разрушено накануне, — это стало возможным, к сожалению, только в последние годы, причем стало тенденцией, очень печальной тенденцией, — отметил Михайлов. — Продолжилась и другая, не менее печальная тенденция, — сносы зданий без разрешения.
Не далее как две недели назад без всяких объяснений было снесено огромное, потрясающей архитектуры здание литейного цеха на ЗИЛе. Решение о его сносе не только не выносилось Градостроительной комиссией Москвы, но даже такой вопрос не выносился на обсуждение.
Вопрос о том, кто принял это решение и кто возьмет на себя за него ответственность, остается открытым до сих пор. Печально то, что все эти разговоры ведутся постфактум — можно произносить сколько угодно горьких и убежденных слов, а потрясающего здания уже не вернуть. Остановить это может только жесткая и адекватная реакция со стороны столичных властей. В том, что такая жесткая и адекватная реакция последует, я сильно сомневаюсь».
