— Есть распространенное мнение, что раньше речь была чище, мол, в советское время люди намного меньше употребляли «такие» выражения, а сегодня мы в разы чаще сталкиваемся с матом как в интернете, так и в каком-то живом общении. Действительно ли мата в современном обществе стало больше? — Это абсолютная мифология. Есть, конечно, некоторые свои аспекты, в частности, в советской прессе была довольно серьезная цензура, которая, естественно, не позволяла использовать обсценную лексику. Как, собственно говоря, и при проклятом царизме была аналогичная ситуация, никакая обсценная лексика не могла появиться в печатных изданиях. Но устно все это очень даже процветало.
Я в данном случае выступаю в роли свидетеля. Как человек, поживший в советское время, я могу сказать, что сфера функционирования мата в устном общении была очень широкой. Поскольку мат — это преимущественно устная культура, ребенок, ходивший в школу, набирался обсценной лексики в школе, во дворе. Так происходит и сейчас. Да, сфера функционирования мата была несколько иной; не было интернета, не было социальных сетей, но в целом это все вполне процветало.
— Попытки запретить мат, ввести какие-то штрафы есть и сегодня. Как вы считаете, а вообще возможно запретить этот тип лексики, будет ли результат у таких мер? — Запреты нужны, иначе мат не будет матом. В русской культуре есть сильное табуирование мата, это имеет серьезные культурные основания, именно поэтому эта лексика и обладает такой эмоциональной стилистической выделенностью. Именно по этой причине обсценная лексика часто используется для выражения каких-то сильных эмоций и так далее.
В первую очередь, нельзя «нецензурно браниться» в общественных местах. За это могут привлечь по административной статье как за мелкое хулиганство (ст. 20.1 КоАП, штраф от 500 до тысячи руб. или административный арест до 15 суток). Известна практика, когда эту статью используют для задержания политических активистов.
В 2021 году также вступил в силу закон о запрете мата в социальных сетях. Последние должны самостоятельно или по требованию Роскомнадзора удалять такой контент, в том числе нецензурные комментарии. Ответственность предусмотрена именно для владельцев соцсетей — за неисполнение можно получить штраф и блокировку.
Кроме того, с 2013 года запрещено использовать нецензурную лексику в СМИ (ч. 3 ст. 13.21 КоАП). В тексте мат нужно полностью убирать или заменять соответствующее слово на «цензурный» синоним. В противном случае, к примеру, если заменить в крамольном слове только часть букв «звездочками», Роскомнадзор все равно может посчитать это нарушением.
«Например, в случае опубликования стихотворения, в котором есть нецензурное слово с измененной буквой, но вместе с тем, исходя из рифмы стиха, можно точно определить, что это нецензурное слово», — уточняло ведомство.
При этом в законах точно не прописано, какие слова считаются нецензурными. Пояснить это попытался тот же Роскомнадзор в 2013 году.
«К нецензурным словам и выражениям относятся четыре общеизвестных слова, начинающихся на «х», «п», «е», «б», а также образованные от них слова и выражения», — говорилось в рекомендациях ведомства.
Летом 2025 года Роскомнадзор подтвердил, что по-прежнему исходит из этой позиции.
Есть разные режимы использования мата, они часто отличаются от обычной лексики, то есть здесь действуют несколько иные законы. Есть, так сказать, фоновый режим. Когда единицы обсценной лексики используются, грубо говоря, как междометия — вместо слов «типа», «блин» вставляется нецензурное слово. Есть замещающий режим, когда люди обсценной лексикой просто заменяют слова из обычного языка. Например, вместо «Подай мне книгу», говорят «Подай мне вот эту» и вместо «книга» — обсценное слово. Это особенно характерно для общения в некоторых трудовых коллективах, когда так называют гаечный ключ, молоток, отвертку и все в таком роде.
Замещающее употребление — это проявление полуязычия. Есть такой феномен, полуязычие, когда люди не в состоянии в полной мере использовать свой язык для формулировки своих мыслей и эмоций. Их не учили, как это делать, а сами они не обладают врожденными навыками общения. И вот тогда появляется замещающий режим использования обсценной лексики. Полуязычие часто порождает психологические проблемы, затрудняет социализацию человека. Именно поэтому надо учить школьников родному языку, чтобы они были в состоянии использовать его для правильного выражения мысли — так, чтобы его правильно понял собеседник — и не прибегая к мату.
— Знаете, есть такое выражение — «трехэтажный мат», то есть представление, что материться, выражать свои эмоции, тоже можно, скажем так, изящно... — Да, есть такие конструкции, причем их можно найти даже в литературных источниках. Был такой поэт Иван Семенович Барков, например, которого, кстати, очень уважал Александр Сергеевич Пушкин. В его стихотворениях как раз содержится вот такой трехэтажный мат, то есть комплекс обсценных слов, когда одно обсценное слово нанизывается на другое. Считается, что это большое искусство владения обсценной лексикой, но, с моей точки зрения, это не так.
— Почему? — Потому что при этом потенциал семантики этих слов не раскрывается в должной мере. У некоторых русских писателей, поэтов есть фигурное использование мата. Это Сорокин, Пелевин, если говорить про авторов двадцатого века, у Аксенова, одного из авторов-шестидесятников, тоже есть примеры фигурных употреблений обсценной лексики, когда слово играет своими гранями смысла. В романе Аксенова «Остров Крым» описывается, как иностранка на заправке объясняет местному снобу, что ее очередь заправляться, но тот ответствует [нецензурно]. Последняя, будучи дружественно настроенной, недоумевает и интерпретирует слова сноба как непонятное приветствие. Здесь использование мата передает столкновение двух несопоставимых этических миров.
— Можно ли по мату проследить, как меняется язык? Грубо говоря, крестьяне раньше ругались такими словами, а сегодня эти выражения исчезли. — Конечно, обсценная лексика развивается. Она меняется так же, как меняется и обычная лексика русского языка. Многие обсценные формы, которые использовались раньше, сейчас вышли из употребления, используются реже или в другой функции. Некоторые обсценные идиомы исчезли.
Известно, что в древнерусском языке, в новгородских берестяных грамотах была такая идиома, я ее не буду дословно повторять, но по внутренней форме это звучало так: «Занимайся любовью лежа». Имеется в виду, не высовывайся, будь как все. Сейчас этой идиомы нет.
— Нужно ли изучать такой тип лексики? — Безусловно. Это часть русского языка. Но в академической традиции есть запрет на исследование обсценной лексики, поэтому в науке о языке она изучена очень плохо.
Формального запрета нет, но есть неформальный. Я думаю, защитить диссертацию по такой теме, к примеру, было бы очень трудно. Есть байка, что Евдокия Михайловна Галкина-Федорук — известный русист, ученица Виктора Виноградова — защитила диссертацию по обсценной лексике еще в советское время.
Евдокия Галкина-Федорук — известный советский лингвист, которая внесла большой вклад в изучение русского языка. Она родилась в 1898 году в крестьянской семье, в младенчестве осиротела. Выучилась на школьную учительницу, а после революции смогла получить высшее образование и стала профессором кафедры русского языка филологического факультета МГУ.
Как ученый она исследовала разные вопросы языка, но именно из-за мата вокруг фигуры лингвиста возникли популярные байки. Например, что она собирала материал для изучения нецензурных выражений в Красной армии, уговаривая солдат рассказать неприличные анекдоты. А когда покрасневшие бойцы выдавали шутку, отвечала: «Благодарю, но ничего нового я не услышала».
Самая распространенная байка гласит, что Галкина-Федорчук смогла защитить в МГУ диссертацию на тему «Экспрессивный слой лексики в русском языке». Защиту проводили за закрытыми дверями, куда пустили только ученый совет и избранных аспирантов. Женщина блестяще выступила, после чего ей подарили огромный букет. Когда Галкина-Федорчук выходила с с факультета, она не заметила из-за цветов открытый люк на улице, из которого вылезал рабочий. И случайно наступила ему каблуком на руку. От неожиданности рабочий выругался и обложил ученого трехэтажным матом. Галкина-Федорчук невозмутимо выглянула из-за цветов со словами: «Эх, молодой человек! Да разве эдак-то матерятся?» и на весь двор привела пример сложносочиненного ругательства. От смеха монтер упал обратно в колодец. Сама же диссертация про мат настолько неприличная, что теперь якобы хранится в спецхране Ленинки и увидеть ее можно только по спецпропуску.
Эту историю любят повторять в филологических кругах, но это, конечно, миф. Думаю, что и в наше время такую диссертацию не дадут защитить именно по этическим соображениям.
Я понимаю тех людей, которые не используют обсценную лексику, их надо уважать. И нельзя обсценную лексику пускать в сферу публичной речи. Но надо изучать русскую речь, которая представлена в разных сферах нашего общества, а там есть и мат. Значит, мат надо изучать.
