Спасский, в свою очередь, стал обладателем чемпионского титула после того, как со второго раза обыграл Тиграна Петросяна. Однако мировым шахматным королем он оставался недолго и уже в 1972 году в знаменитом матче, прошедшем в Рейкьявике, со счетом 8,5:12,5 проиграл чемпионское звание американцу Роберту Фишеру.
С 1976 года Спасский живет во Франции. Хотя десятый чемпион мира до сих пор иногда выступает в турнирах ветеранов, активными шахматами он закончил заниматься в конце 80-х, если не считать проведенного в 1992 году в Югославии нашумевшего матча-реванша с Фишером. В сентябре прошлого года Борис Спасский стал главным редактором газеты «Шахматная неделя», где он работает и поныне. Как и у любого человека, у Спасского свое мнение на уход из шахмат Гарри Каспарова (признан в РФ иностранным агентом).
Напомним, что сразу по окончании турнира в испанском Линаресе Каспаров заявил о своем уходе из шахмат. Завершил же карьеру Каспаров на минорной ноте. Своему последнему противнику, Веселину Топалову, лидер рейтинга проиграл. Но это не помешало ему победить в турнире.
«Еще до начала соревнований я принял решение, что Линарес-2005 будет моим последним турниром. Сегодня я провел свою последнюю партию в качестве профессионального шахматиста. Последние партии мне было очень тяжело играть, все-таки давление было серьезным: я знал, что для меня это конец карьеры, и мне хотелось уйти достойно», — сказал Каспаров на пресс-конференции.
Теперь Каспаров намерен заняться политикой и дописать книгу «Мои великие предшественники».
«Каждый чемпион вправе принимать решение, когда ему завершать свою карьеру, — комментирует Спасский. — Все-таки после сорока лет у любого, даже самого великого шахматиста неизбежно наступает спад. Ему становится труднее играть.
Когда у Каспарова наблюдались отдельные зевки в партиях, мне это было хорошо знакомо. Такие вещи вызывают огромное разочарование.
Чемпиону становится грустно от того, что он уже не может быть на сто процентов точным, как шахматная машина. Эти мучения настолько сильны, что мысль о завершении карьеры начинает посещать все чаще. На мой взгляд, это один из важнейших моментов, повлиявших на решение Гарри.
На мой взгляд, Каспаров — великий чемпион, и я всегда был поклонником его таланта. То, как он импровизировал за шахматной доской, достойно восхищения. Возможно, впервые после Алехина в шахматном мире появился такой мощный игрок.
Его творческая жизнь была чрезвычайно напряженной. Не забудем, что он царствовал целых 15 лет, а по нынешним временам, это огромная психологическая нагрузка. Можно представить, как Гарри за это время внутренне издергался, измучился, настрадался. В жизни он может выглядеть молодо, но в своем творчестве он уже «старый». Ведь он не может тратить столько энергии, сколько тратил раньше. У Каспарова ее уже просто нет. Всё имеет свои пределы. Поэтому его творческие муки мне хорошо понятны», — сообщил главный редактор газеты «Шахматная неделя»,
Также Спасский высказался о политических амбициях Каспарова. По мнению десятого чемпиона мира, «у каждого чемпиона были свои увлечения». Оно есть у Гарри.
«У Алехина — юриспруденция, у Смыслова — пение, у Ботвинника — кибернетика.
Политика — самое большое увлечение Гарри Кимовича. Он решил, что именно здесь может достичь больших успехов.
От комментариев на этот счет я воздержусь. А вот его проект — книга «Мои великие предшественники» — заслуживает всяческого уважения. Это очень важная и интересная тема. Многие критикуют эту книгу, дескать, про кого-то мало написано, про кого-то — не то. Но сам факт, что чемпион мира рассказывает о других чемпионах, — великое дело. До Каспарова этого никто не делал! Раньше чемпионы в основном старались развенчивать своих соперников. Если он закончит этот труд, ему надо будет поставить прижизненный памятник.
Каспарова упрекают в том, что он не имел право оставлять шахматы. Но кто может судить о том, когда сильнейший шахматист планеты должен уходить из профессионального спорта? Он уже успел сделать для этого вида спорта столько, что шахматный мир должен ему кланяться в пояс. Разумеется, любителям обидно, что они уже не смогут наслаждаться его великолепным творчеством. Для шахмат его уход — большая потеря», — подвел итог Спасский.
