Игорь Симутенков, нападающий, известный по своим выступлениям за московское «Динамо» и сборную России, в период с 1999 по 2002 год играл за испанский клуб «Тенерифе». Клуб с Канарских островов в то время выступал в Сегунде, втором эшелоне испанского футбола.

Первые два сезона у Симутенкова в «Тенерифе» получились неплохими, но в середине третьего он вынужден был проститься с островным коллективом. У «Тенерифе» произошел перебор легионеров, не являющихся гражданами Евросоюза, российский нападающий перестал проходить в состав, и в итоге контракт с ним был расторгнут.

Опечаленный форвард попытался было устроиться в родном московском «Динамо», но бывший кумир динамовских болельщиков в команде закрепиться не смог, после чего вынужден отправился в американскую MLS, главную футбольную лигу США. В Америке Симутенков два с половиной года выступал за «Канзас-Сити Уизардс».

Как раз во время американского этапа своей карьеры Симутенков обратился с жалобой в Европейский суд.

Футболист жаловался даже не на свой бывший клуб «Тенерифе», а на Испанскую федерацию футбола, чьи правила ограничивают количество легионеров — неграждан ЕС в одной команде.

Напомним, что до 1995 года каждая из европейских футбольных ассоциаций устанавливала свой лимит на количество игроков-легионеров. Этот лимит равным образом распространялся на футболистов из стран Евросоюза и игроков — неграждан ЕС. Но нашумевшее «дело Босмана» частично сняло эти ограничения. Теперь количество футболистов из стран Евросоюза в клубе ограничивать стало нельзя, на неграждан же ЕС лимит оставался в силе. Распространялся он и на игроков из России.

Симутенков отнюдь не был пионером, требовавшим приравнять российских футболистов к спортсменам из стран Евросоюза. Осенью 2000 года Валерий Карпин, также игравший в Испании, апеллировал к судебной инстанции. Но то был испанский, а не европейский суд.

Суд удовлетворил иск Карпина и потребовал «прекратить дискриминацию, препятствующую истцу предоставлять услуги в качестве профессионального футболиста на тех же основаниях, что и игроки Испании, и других стран — членов ЕС». Но правовых последствий для всех российских легионеров, выступающих в странах ЕС, «дело Карпина» не имело.

Симутенков же в своем исковом заявлении апеллировал к соглашению, заключенному еще в 1994 году. Согласно этому соглашению между Россией и Евросоюзом, для граждан РФ не должно существовать никаких ограничений в работе на территории Западной Европы. Существовавшее же до сего дня положение представлявшая интересы Симутенкова адвокат Кристина Штих-Хакль, как и защитники Карпина, назвала дискриминацией.

Суду удалось установить, что ограничение по национальному признаку непосредственно относится к профессиональной деятельности игроков. А потому не может устанавливаться на уровне спортивных организаций.

В итоге высший европейский судебный орган, расположенный в Люксембурге, постановил, что Симутенков, равно как и другие российские футболисты, должен пользоваться всеми правами своих коллег из стран Евросоюза. В том числе и правом не считаться легионерами из стран, не входящих в ЕС.

Решение, принятое Европейским судом, важно не столько для российских футболистов, сколько для россиян, представляющих другие виды спорта.

Ведь вердикт Евросуда по делу Симутенкова вынесен таким образом, что он уравнивает в правах с уроженцами стран ЕС всех российских спортсменов, не только футболистов.

Как раз на футболистов из России пик моды прошел еще в девяностых. Тот же Симутенков, апеллировавший к Евросуду, интереса у сильных европейских клубов уже не вызывает. После завершения американского этапа своей карьеры Симутенков вернулся в Россию и выступает сейчас за казанский «Рубин».

Западные клубы сейчас нечасто проявляют интерес к футболистам из России еще и из-за резко выросшего уровня оплаты труда в клубах российской премьер-лиги. Наши футболисты на заработки за рубеж больше не стремятся.

Другое дело, что представители других, менее финансово обеспеченных видов спорта могут сказать Симутенкову спасибо.
Для них снятие лимита на легионеров из России может стать неплохой возможностью найти себе денежный вариант на Западе.

Впрочем, пока масштаб всех последствий решения по делу «русского Босмана» предугадать сложно.