Как известно, по поводу Красной площади у граждан еще не сложилось определенного мнения. С одной стороны, к ней принято относиться с некоторым пиететом: здесь казнили стрельцов, и маршал Жуков принимал парад. С другой — на главной площади страны не брезгуют чествовать (как это было в рамках недавнего RMA) таких людей, как, к примеру, Дима Билан, Жасмин и т. д. То есть налицо некоторое принижение и, возможно, попытка «очеловечить» некогда пугающее место. При этом все прекрасно знают о снайперах, обретающихся на стенах. А усугубляет дело все еще не решенный вопрос с Лениным и прочими мертвецами, лежащими тут же.

Иногда на площадь приходят священники, которые пытаются публично совершить обряд отпевания. Священников прогоняет милиция.

Короче говоря, тот факт, что новая частная галерея выбрала для своего месторасположения именно такой, странноватый, антураж, говорит о многом. К примеру, о чрезвычайных амбициях. По сути, это самое близкое к Кремлю выставочное пространство, если не считать, конечно, Исторического музея и торговых галерей ГУМа. Во-вторых, само здание – Средние торговые ряды, построенные в XIX веке архитектором Романом Клейном, — является историческим памятником, который то ли скоро снесут, то ли отреставрируют. В советское время в этих стенах обитали военные учреждения. Затем тихо ветшающий дом был полностью закрыт для публики. Теперь, по идее, здесь должна забурлить жизнь.

Об амбициях же говорит и то, что конкретно предполагается показывать в новой галерее. Для первой выставки решили ограничиться изделиями двух ювелирных и некогда русских домов – лондонского Фаберже и парижского Маршака, – а также антикварными иконами и документальными фотографиями из Музея архитектуры. Именно эти произведения, по мысли хозяина галереи, предпринимателя Олега Никитина, намекают на «историческую близость к Российскому Императорскому Двору».

Вообще, предпринимателям, по-видимому, приятно быть к чему-либо, помимо банальных денег, близкими. Особенно, если это ничем не грозит.

И действительно, чем могут грозить яйца, которые в ограниченных количествах штампуют потомки Карла Фаберже – внук Тео и правнучка Сара, только недавно обучившаяся ювелирному мастерству? По примеру своего гениального предка, они украшают яйца разнообразными занимательными штуками – дерущимися оленями, миниатюрными роялями и маленькими императорами на конях. Однако в отличие от того же Карла, превращавшего свои произведения в уникальные игрушки для императорских жен и детей, поиграться с тем, что делают Тео и Сара, вряд ли получится. Не более склонен к играм и Даниил Маршак – потомок знаменитого киевлянина Иосифа Маршака (чьим двоюродным братом, кстати, был Самуил Маршак), возродивший ювелирную марку.

Когда дело касается золота и бриллиантов, — не до игр. Тем более что на вопрос о стоимости выставленных предметов представитель дома Фаберже ответил очень лаконично: «До бесконечности».

Единственным, кто был настроен игриво в данной ситуации, оказался известный московский архитектор Михаил Белов, придумавший интерьер новой галереи. Яйца, кольца и браслеты он поместил в залы, обитые красной тканью, а на потолки повесил огромное количество некстати звенящих колокольчиков. Иконам же, среди которых знаменитая «Богоматерь Казанская», отвел стерильно белое помещение, украшенное к тому же модными разноцветными свечками и бутафорией с фрагментами якобы храма Василия Блаженного. «Вы думаете, это обычная художественная галерея? – сказал по секрету «Газете.Ru» Михаил. – Нет. Это шатер Шамаханской царицы и одновременно Временный павильон для римского императора».

Фаберже и Маршак, Париж, галерея Grand Collection.