Цивилизация
Практика апеллирования российского бизнеса к иностранному праву неприемлема, заявил министр юстиции Александр Коновалов. «Нам кажется аномальной ситуация, когда подавляющее большинство сделок, которые заключаются в разных сегментах российской экономики, имеют отсылки к британскому праву и к иностранным арбитражным инстанциям — к Стокгольму, Гааге, Лондону или куда-то еще», — сказал министр в ходе визита в Великобританию.
По его словам, аномальной является и ситуация, когда «90% рынка юридических услуг в России сегодня занято иностранными юридическими фирмами, в основном американскими, в которых работают российские юристы».
Минюст «хотел бы изменить эту ситуацию», но не заинтересован в ломке тех институтов, которые работают в России. «Меньше всего от нас надо ожидать революций и желания разрушить все дотла и выгнать все иностранные юридические фирмы из России», — подчеркнул Коновалов.
В рамках британского права заключается значительная часть сделок, говорят юристы, опрошенные «Газетой.Ru». «Не только Россия обращается к английскому праву, оно очень часто используется в международных сделках. Английское право ценится во всем мире, потому что это очень удобный выверенный веками блок правовых норм и понятная практика их исполнения судами», — объясняет руководитель группы международных проектов Юрий Бортников Vegas Lex.
«Речь идет прежде всего о финансовых сделках, финансовых инструментах, которые российское законодательство не может в полной мере регулировать», — добавляет партнер юридической фирмы Lidings Андрей Зеленин.
Основа экономики России — это нефть, газ и металлы. «Компании из этих секторов ведут активную международную торговлю, проводят IPO, заключают сделки. Им удобнее использовать британское право, по которому работают их партнеры», — объясняет член комитета Совета федерации по конституционному праву Евгений Тарло. Кроме того, участникам правовых отношений необходима прогнозируемость в том, как будет регулироваться их спор в судах. «С этой точки зрения континентальное право, к которому относится и российское, не столь гибкое с точки зрения свободы регулирования отношений между сторонами», — говорит Бортников. Система континентального права носит императивный характер, который нельзя менять соглашением сторон: например, если стороны договорятся урегулировать соглашения, но это будет противоречить нормам российского закона, имеющего императивный характер, то суд такое решение, скорее всего, не исполнит, объясняет Бортников.
Рассмотрение споров за рубежом связано и с недоверием к российской системе, соглашаются эксперты. «Это в разы дороже, но те компании, которые могут себе позволить, предпочтут иностранную юрисдикцию», — говорит Тарло. «Право неразрывно связано с позицией судов. Если российские суды будут лучше понимать процессы бизнеса, экономическую природу сделок, толковать их, исходя из бизнес-контекста, то больше будет использоваться российское право», — говорит и Бортников.
Однако с этим аргументом не согласен Высший арбитражный суд (ВАС). «Российские арбитражные суды также не радует тенденция обращения к британскому праву.
На наш взгляд, арбитражные суды достигли той степени развития, когда им можно доверять.
И опросы показывают, что за последние годы уровень доверия к российским судам в части разрешения споров между предпринимателями значительно вырос и сейчас достаточно высок. Так что, на мой взгляд, причины переноса споров российскими компаниями в другие юрисдикции лежат отнюдь не в плоскости недоверия арбитражным судам», — рассказал «Газете.Ru» руководитель аппарата ВАС Игорь Дроздов.
В международные суды обращаются крупнейшие корпорации и госструктуры. В Высоком суде Лондона рассматривался спор Шалвы Чигиринского и Елены Батуриной, разбирательства между структурами «Альфа-групп» и фондом IPOC Джеффри Гальмонда шли в арбитраже Цюриха.
Минюст рассчитывает изменить ситуацию. «Сейчас идет работа по внесению масштабных изменений в Гражданский кодекс, и мы надеемся, что в обозримом будущем — может быть, к следующей парламентской сессии — этот документ откажется в Госдуме. Исходя из его содержательной части, мы полагаем, что он может в значительной степени приблизить нас к международным стандартам», — заявил Александр Коновалов.
