Цивилизация
Сотрудничество Романа Абрамовича с Борисом Березовским началось в 1995 году. Суть устного соглашения между предпринимателями — «деньги в обмен на влияние и помощь», признался Абрамович в начале второго дня судебных слушаний в Высоком суде Лондона.
Он должен был финансировать «Общественное российское телевидение» и оплачивать другие расходы Березовского, а тот — обеспечивать лоббирование интересов Абрамовича на залоговых аукционах, в частности по «Сибнефти». В первый год, сказал Абрамович (цитата по РАПСИ), «остановились на сумме в $30 млн».
Березовский действительно помог. Гарантии на $100 млн, которые пошли на выкуп «Сибнефти» у государства, предоставили банки «СБС-Агро» и МЕНАТЕП. А Абрамовича с Александром Смоленским, основателем «СБС-Агро», познакомил Березовский, признал ответчик.
Но, по данным Абрамовича, при перечислении $100,3 млн правительству России «СБС-Агро» выступил только как платежный агент, а не источник финансирования. Обеспечением по сделке были депозиты «Ноябрьскнефтегаза», Омского НПЗ и фирмы Абрамовича Runicom (на $17 млн), размещенные в банке, уверяет он. Эти деньги — западное финансирование, по словам Абрамовича, — заводы получили под гарантии долгосрочных контрактов на поставку нефти. «Более квалифицированно рассказать о схемах мог бы Швидлер (Евгений, партнер Абрамовича. — «Газета»), заметил ответчик.
Таким образом, нефтедобывающее предприятие и перерабатывающий завод, которые в дальнейшем стали основой «Сибнефти», прокредитовали сделку Абрамовича с государством, формально не имея никакого отношения к будущему покупателю актива. Причина заинтересованности предприятий — «определенные договоренности» с их руководством, признал он, добавив, что фактически «приобрел некий контроль» над предприятиями еще до аукциона.
Негласные договоренности Абрамович раскрывает, выступая ответчиком по иску Березовского. Истец пытается доказать, что под давлением Абрамовича был вынужден продать в 2000—2003 годах доли в нескольких российских компаниях, в том числе в «Сибнефти» и «Русале», по цене существенно ниже рыночной. Ущерб Березовский оценил в $5,6 млрд. По его мнению, Абрамович воспользовался изменением политической конъюнктуры — потерей влияния Березовского в Кремле и эмиграцией в Лондон, чтобы заставить его продать перспективные активы дешево.
Адвокаты ответчика это опровергают, доказывая, что Березовский никогда не был реальным совладельцем бизнеса и получал выплаты от Абрамовича за стандартную для России 1990-х «крышу» и лоббистские услуги.
Ранее адвокаты Абрамовича представили в суд текстовую версию показаний предпринимателя. В документах он называет себя «дойной коровой» Березовского, заявляя, что за 6 лет выплатил ему $2,5 млрд за «крышу».
В устных показаниях во вторник Абрамович предпочитал не называть отношения с Березовским «крышеванием». Понятие «крыша», объяснил он британскому адвокату Березовского Лоуренсу Рабиновитцу, обычно имеет крайне негативный оттенок и обычно соотносится с криминальной деятельностью, но также применяется в случае оказания политического влияния.
«Не хотел оскорбить истца, но слово вполне уместно для начального этапа взаимоотношений», — резюмировал Абрамович.
Этот этап, продолжал отвечать на вопросы Абрамович, начался с попыток отгородиться от криминальных структур. Березовский был в состоянии обеспечить и политическую, и физическую защиту, заметил он, добавив, что за «крышу» он не платил. Это расходится с письменным свидетельством Абрамовича, которое его юристы передали в Высокий суд Лондона в конце прошлой недели.
Поясняя, почему он все же обратился к Березовскому, Абрамович сообщил, что тот работал в автомобильном бизнесе, в котором приходилось постоянно противостоять криминалитету. Но в конце судебного слушания во вторник он обмолвился, что без поддержки Березовского «Сибнефти» могло бы не быть.
