Цивилизация
На занесенный снегом Бэрроу — реальный поселок на Аляске — надвигается полярная ночь. Из полутысячи местных горемык четыреста эвакуировались на юг, оставшихся охраняет шериф Олесон (Джош Хартнетт) — страж скорее не правопорядка, а сухого закона, который единственное в городе питейное заведение обязано соблюдать ближайшие тридцать суток. Грустно проводив за горизонт последний лучик солнца, Олесон обнаруживает, что на этот раз задача усложняется. Мало того, что из города не улетела его жена, с которой в полной темноте предстоит обсуждать детали бракоразводного процесса, еще и неизвестный злоумышленник перерезал в округе всех сторожевых собак, вывел из строя геликоптер, выкрал все мобильники и сжег их за городом в снегу. Наконец, в опустевшее питейное заведение ввалился и потребовал алкоголя один асоциальный элемент явно не местного происхождения (некто Бен Фостер, изображавший, между прочим, крылатого ангела в последних «Людях Икс»). Наглеца скрутили, но бомж вместо дачи показаний делает зловещее лицо и зацикливается на одной и той же фразе — «они идут».
И они пришли, естественно.
За дебютным «Леденцом» — памятным антипедофильским триллером прошлого года — режиссер Дэвид Слэйд решил испытать жанр более традиционной ориентации и сделал фильм про вурдалаков. Вампир — существо предсказуемое и дисциплинированное: ночью он кусается, днем отдыхает в гробу, поэтому фильм про упырей сегодняшних будет похож на фильм про вчерашних и даже завтрашних, сливаясь в нечто вроде сериала. Наш фильм тоже на что-то мучительно похож, но долго мучаться не надо: в прошлом году и в то же время у нас показывали забавный шведский хоррор с почти таким же заголовком — «Тридцать дней до рассвета». Тоже про вампиров, терроризировавших северный шведский городок. Вряд ли это тот случай, когда необходимо выяснить наверняка, кто первым придумал заслать вампиров в Заполярье. Скорее, все-таки американцы: сценарист Бен Темплсмит пять лет назад мыкался по Голливуду с идеей заполярных упырей, пока не догадался, что для успеха предприятия необходимо первым делом нарисовать комикс.
Комикс нарисовали, издали — и продюсеры пришли за упырями сами.
Как вампиры за нефтяниками полярного поселка Бэрроу. Как фильм «Нечто» за «Нападением на 13-й участок»: если бы не вечно трясущаяся в самые брутальные моменты камера, это главное проклятие современного кино, у Слэйда бы они слились в экстазе.
Внутри фильма, однако, развивается раздрай. Мрачный городишко нефтяников, как и его обитатели, вышел вполне реальным, а вот вампирские типы совершенно комиксные. Слэйд опрометчиво порвал с традицией, где к вампирам испытывают культурный пиетет, изображая их то вечными любовниками, то порочными интеллигентами с тонкой душевной организацией. Здесь они толпа инфернальных клоунов, разговаривающих на квакающем неандертальском языке, которому не помогают и субтитры, и чей визит в Бэрроу кто-то удачно сравнил с гастролями группы «Мотли Крю». Такую трактовку упырей назвать удачной язык не поворачивается.
Лишите вампира его богатого культурного бэкграунда, его шарма — и он неумолимо деградирует в рядового зомби, кидающегося на все, что движется.
Фильм Слэйда наглядно это демонстрирует: место изысканных укусов заняла у него банальнейшая мясорубка, а от главного героя требуются не сложные эмоции при виде крови, а хорошая работа топором. Если герой — шериф, то бог с ним. А вот вурдалаков-имбецилов, с которыми за весь фильм так толком никто и не пообщался, по-настоящему и искренне жаль. Они, впрочем, ушли в полярную ночь и, может быть, еще вернутся где-нибудь в районе Ледовитого шельфа, например.
Вообще, этот месячный марафон с вампирами был бы хорош для сериала, но не для штучного хоррора, где убеждать аудиторию, что за двадцать минут на экране прошла целая неделя, и одновременно нагонять на нее побольше ужаса, сложновато, если вообще возможно. Слэйд, поняв, что совмещать такие штуки бесполезно, благоразумно размазал тридцать дней ночи в некий обобщенный ночедень, сгустив побольше зловещей атмосферы там, где в огромные щели сюжета грозит улетучиться весь саспенс. Как раз со сгущениями у Слэйда все получилось идеально, и прошлогоднего шведа он тут явно перещеголял. Если у того ночные виды вампир-сити напоминают скорее ближнее Подмосковье в десять часов вечера в середине декабря, то инфернальный Бэрроу — это уже пригороды Норильска, когда там закончится никель и отрубят электричество. Почувствуйте разницу. Хотя… Просмотр этого фильма сейчас, в середине ноября, спровоцирует скорей не ужасы, а легкое недоумение. У нас впереди не тридцать, а шестьдесят дней ночи и пурги. Освоение шельфа. Плюс к тому же выборы. А тут всего лишь тридцать. И с клоунами, которые двух слов связать не могут… Живут же некоторые, черт возьми.
