Цивилизация
В тринадцатом веке в Венгрии история вершилась ночью, а творили ее, разумеется, благородные и бледные вампиры под руководством высокомерного Виктора (Билл Найи). Остальное общество составляли неотесанные оборотни-ликаны, которые к тому моменту еще не научились толком в людей превращаться. Они трудились в вампирских кузницах, а их неприрученные братья бегали по лесам и драли глотки без разбору и кровососам, и немногочисленным человекам. Какая роль в этой истории принадлежала нашим с вами собратьям, кстати, не совсем очевидно. Известно лишь, что представители утвердившейся позже расы платили довольно невнятную дань вроде как охранявшему их Виктору да были побиваемы обеими расами кровожадных мутантов. Однажды Виктору удалось создать новый вид оборотня-ликана. Юноша по имени Луциан (Майкл Шин) владел человечьим языком и невиданной силой, а еще умел превращаться в человека по собственному желанию. Вампирский повелитель уже строил планы, как Луциан подчинит лесных вервольфов, но тут воспитанника угораздило влюбиться в вампирскую принцессу Соню (Рона Митра).
И все пошло кувырком – побег, бойня, восстание, кровь рекой.
Запуская франшизу «Другой мир» в 2003 году, ее создатели с самого начала предполагали именно такую композицию: сначала рассказать финал многовековой битвы вурдалаков с оборотнями, а потом уже поведать, как заварилась вся эта каша. Сюжет приквела хоть и мельком, но неоднократно был проговорен еще в предыдущих двух частях и не являлся для поклонников особенной неожиданностью. Дело было, по сути, за подробностями. Впрочем, нашлось место и удивлению.
Итак, оригинальный «Другой мир» был единодушно признан одной из самых смелых вампирских историй последних пары десятилетий. Затянув вампиров в латекс, а оборотней – в кожу, режиссер Лен Уайзман заставил тысячи зрителей следить за их разборками в грязных подземках и исследовательских лабораториях. Тема «вампиров среди нас» привлекала одинаково и мистической составляющей, и красиво щелкающими затворами хайтековых пистолетов, заряженных нитратом серебра и концентрированным ультрафиолетом. За графичностью происходящего малость терялся непосредственно сюжет. Впрочем, это было и на руку режиссеру и сценаристу, которые до последнего не могли решить, что же для них важнее – шекспировские страсти в исполнении героини Кейт Бекинсейл, предавшей свой клан, или трассирующие пули.
Пули, пущенные Бекинсейл, запоминались, признаться, лучше всего.
В третьей по очередности и первой по хронологии части задача, вставшая перед автором спецэффектов первых двух фильмов, режиссером-дебютантом Патриком Татопулосом, была гораздо проще. Сюжет, вызвавший многовековой конфликт, гораздо проще, трагичней и, чего тут скрывать, ближе к «Ромео и Джульетте», с которыми пытались сравнивать и предыдущие части трилогии. Запретную любовь кровососки и полуволка надо было лишь наполнить необходимыми и логичными спецэффектами и зрелищными схватками.
С этим Татопулос справился великолепно.
Он парой точных, ярких штрихов проводит любовную линию через горящие синим глаза, обнаженные клыки, вздыбленную шерсть и сверкание клинков. Героям сопереживаешь, хоть и наперед знаешь, что их связь обречена. Оставшееся напряжение создает в одиночку великолепный Билл Найи. Этот британец уже поднаторел в создании разнообразных фэнтезийных гадов (вершиной стал капитан Дэйви Джоунс из «Пиратов Карибского моря») и наполнил своего хладнокровного героя такой гаммой чувств, что когда перед глазами не сверкают клинки и юные тела главных героев, зрелище не становится менее увлекательным.
Посмотреть «Восстание ликанов», по правде говоря, стоит уже ради тех кадров, в которых Виктор просто неподвижно восседает на троне. И если от Шина и Митры требуется лишь заламывать руки и воздевать глаза в горе, то Найи в роли обманутого родителя сугубо актерскими средствами дает такого Шекспира, что кровь, простите, в жилах стынет.
Глядя на этот бенефис, не хочется даже задумываться о том, откуда в венгерском средневековье взялся политкорректный вервольф-негр.
Сократив хронометраж с неполных двух до полутора часов, Татопулос благополучно прояснил все недосказанное в первых фильмах и закольцевал кинобиографию, быть может, самых привлекательных вампиров Голливуда. Фактически ничего нового он своим фильмом не сказал и не сделал, но кто, скажите, откажется еще раз убедиться в простой истине, что все, что им нужно, это… Ну, вы поняли.
