Цивилизация
В преддверии объявления лауреатов Нобелевской премии по физике, которое запланировано на вторник, в научном сообществе ведется дискуссия о том, кому давать «Нобеля» за бозон Хиггса. Открытие новой частицы, которая, возможно, им является, можно оценить как величайшее достижение в физике за последние 50 лет. В то же время оно приводит в замешательство Нобелевский комитет, так как непонятно, кому вручать премию за это открытие.
Само по себе оно было сделано в Европейской Организации Ядерных Исследований (CERN) и стало результатом работы тысяч человек на Большом адронном коллайдере (БАК) по обнаружению «частицы Бога», как ее назвал Нобелевский лауреат Леон Ледерман в своей книге. Названный в честь британского физика Питера Хиггса бозон является ключом к пониманию концепции вещества, поскольку его существование объясняет наличие массы у элементарных частиц. Без этого бозона такой Вселенной, которую мы наблюдаем, просто не существовало бы, согласно теории. Однако некоторые наблюдатели, которые следят за правильностью присуждения Нобелевской премии, относятся к этому открытию с осторожностью, потому что за новой частицей официально еще не закреплено «звание» бозона Хиггса. Ученые практически уверены, что эта частица — то, что они так долго искали, ее масса согласуется с их расчетами. Но им все еще нужно подтвердить это — проверить, как она ведет себя с другими частицами. Ведь остается еще туманная возможность того, что новая частица — вовсе не бозон Хиггса, хотя это было бы еще более сенсационным заявлением.
Другой вопрос в том, кто же должен быть удостоен премии за это открытие. Сам Хиггс признает, что значительный вклад в теоретическую базу был сделан другими. В действительности еще шесть физиков, основывающихся на работах друг друга, опубликовали целую волну статей по аспектам этой теории в 1964 году. Первыми были Белджианс Роберт Брут, который умер в прошлом году, и Франсуа Энглерт. За их работами последовала работа Хиггса, который первым сказал, что только новая частица могла бы объяснить аномалию массы. Затем в работу включились трое американцев — Дик Хэген, Джерри Гарэльник и Брайтон Том Киббл. Ну и как тут не вспомнить про тысячи физиков, работающих на БАК.
Так что главный вопрос, поставленный сейчас перед жюри, заключается в том, достойно ли еще не подтвержденное открытие бозона Хиггса Нобелевской премии. И если да, то кому эту премию присудить — теоретикам или экспериментаторам, или и тем, и другим. По правилам должно быть не больше трех получателей премии, среди которых может быть и организация, но премию не могут дать посмертно.
«Нужно не забывать, что Хиггс уже не молод — ему 83 года — в связи с этим может оказываться давление, которое может повлиять на выбор» — говорит Этьен Кляйн , физик Французской Комиссии по Атомной Энергии (CEA). Он призывает жюри пойти на риск, и присудить премию Хиггсу, Энглерту и ЦЕРН.
«Нет ничего, что могло бы нам помешать присудить премию организации (ЦЕРН). Но такого случая еще не было при присуждении научных премий. Нобелевская премия мира часто присуждалась организациям, но в научной премии мы старались найти наиболее достойных премии людей» — сказал Ларс Бергстроем, секретарь комитета Нобелевской премии по физике.
