Цивилизация
Угроза частичной или полной потери суверенитета отдельными государствами и даже целыми регионами в силу развития информационных технологий и глобализации массовых коммуникаций заставляет правительства по всему миру пересматривать свою позицию относительно фундаментальных прав и свобод своих граждан. В Европе тайна частной жизни является одним из наиболее сильных традиционных принципов, гораздо более сильным, чем в США, где во главе угла все же стоит национальная безопасность, и даже применение пыток можно оправдать под этим соусом. В силу этого властям ЕС для сохранения контроля над регионом приходится сильно изворачиваться и даже откровенно лицемерить.
Директива об удержании данных (то есть хранении всех персональных и корпоративных данных на государственных серверах в течение определенного времени на случай, если они потребуются для целей предотвращения или расследования противозаконной деятельности) – отнюдь не нова, и впервые была вынесена на обсуждение в апреле 2006 года. Тогда Европейский суд отклонил ее как избыточную и нарушающую права граждан. Теперь же министр внутренних дел, гражданства и миграции Димитрис Аврамопулос планирует снова вернуть на обсуждение Еврокомиссией, несомтря на то, что его предшественница Сесилиля Мальмстрем пообещала этого не делать, по крайней мере, до завершения телекоммуникационной реформы.
По данным журналистов Netzpolitik.org новую инициативу по глобальному наблюдению за цифровыми коммуникациями планировалось представить в середине 2015 года. По словам министра, этот вопрос, рассмотренный судом, слишком сложен и требует дополнительного изучения, в том числе правоохранительными органами и структурами по защите данных.
Случай, конечно, вопиющий и говорит о том, что даже в правовой Европе любую инициативу, в том числе и нарушающую права и свободы граждан, можно вернуть в бюрократические кулуары, даже после того, как ее отвергнет Европейский суд, если это будет угодно европейским чиновникам и тем, кто за ними стоит.
Журналисты и профессионалы в области права категорически заявляют, что удержание данных – мертво и должно оставаться таковым, особенно после Сноудена. В ответ на это чиновники дали «задний ход»: одна из заместительниц Аврамопулоса заверила, что ведомство не работает над новым проектом директивы, а лишь оценивает, нужна ли новая законодательная инициатива или нет. Иными словами, пока еще просто нет документа с заглавием «Проект директивы об удержании данных», но работа по этому вопросу продолжается даже после решения Европейского суда. Также очевидно, что Еврокомиссия действует при молчаливой поддержке министров внутренних дел 28 стран участниц, которые используют ее для проталкивания непопулярных мер, не подвергаясь критике внутри своих стран. Так теперь выглядит законодательная деятельность в правовой Европе.
