Согласно правительственному плану, к 2010 году на 8% должна повыситься эффективность использования топлива при производстве электроэнергии. Также планируется сокращение потерь газа при добыче и газораспределении — на 47 млрд кубометров. Помимо этого, в план входит увеличение доли независимых от «Газпрома» компаний в общем объеме производства в потенциально конкурентных секторах — добыче, сбыте газа — на 30%.

За тот же период муниципальные сети теплоснабжения должны в два раза увеличить темпы замены ветхих коммуникаций.

Кроме того, предполагается увеличить темпы воспроизводства леса — естественного поглотителя парниковых газов — на 15–25%.

При ратификации Россией Киотского протокола возникло много споров о целесообразности присоединения к соглашению, поскольку высказывалось мнение, что ограничения на выбросы могут замедлить экономический рост.

Ряд отраслей промышленности, таких, как производство алюминия, черная металлургия, энергоемкие производства стройматериалов, энергетика, могут попасть под санкции Киотского протокола. По расчетам экспертов Росгидромета, потери России от этого могут составить к 2012 году до $180 млрд.

Минэкономразвития эти опасения не развеяло. Правда, Всеволод Гаврилов, замглавы департамента имущественных и земельных отношений, экономики природопользования МЭРТ, заверил, что, по расчетам министерства, «ратификация Киотского протокола на период до 2012 года будет безопасна в целом для экономики России и не будет содержать барьеров для экономического роста». По словам Гаврилова, в период подготовки к ратификации правительство «не выявило прямой связи между введением экологических ограничений и ростом ВВП в промышленно развитых странах».

Несмотря на то что отнесение России к промышленно развитым странам само по себе спорно, заявление о том, что экономическому росту ущерба «в целом» нанесено не будет, скорее всего, оправдается. Поскольку Россия, как и ряд других стран, реально производит значительно меньше выбросов, чем разрешено протоколом.

Разрешенные выбросы посчитаны на уровне 1990 года, после чего в России произошел значительный промышленный спад, и даже при самом невероятном сценарии экономического бума мы не превысим этот уровень до 2012 года. А это означает, что теоретически РФ сможет продавать свой «недовыброс», то есть торговать квотами. Ранее сообщались такие оценки МЭРТ: при нынешних темпах экономического роста к 2012 году Россия сохранит двадцатипроцентный резерв квот, который и можно будет выставить на продажу.

Именно с торговлей квотами связаны главные аргументы сторонников протокола. Так, по мнению представителей научно-исследовательской группы «Россия и Киотский протокол», в рамках соглашения Россия должна получить гарантированный выкуп объема квот на выбросы парниковых газов не менее 100 млн тонн по цене не ниже $40 за тонну, то есть торговля квотами может принести минимум $4 млрд в год.

Но последние расчеты говорят, что выгода от этого механизма будет не столь значительна.

В своем докладе на заседании правительства в ходе обсуждения ратификации Киотского протокола академик РАН, директор Института глобального климата и экологии Юрий Израэль, заявил, что в настоящее время Россия обладает 29% «запаса» на эмиссию парниковых газов, но продавать его, по его мнению, будет невыгодно, поскольку цена за тонну составляет всего $5, то есть к 2012 году Россия сможет заработать на торговле квотами около $250–350 млн.

Главной проблемой является рынок сбыта. Основной потенциальный покупатель, США, в этом процессе участвовать не будет. Канада, которая, предполагалось, будет покупать квоты у России, скорее всего, откажется. По словам министра финансов Канады Ральфа Гудейла, его страна не станет покупать «горячий воздух» у Pоссии, а будет вкладывать в реальные проекты по сокращению выбросов. Он также отметил, что правительственные эксперты изучают возможность реализации проектов совместно с Украиной. Что касается Евросоюза, то и здесь могут возникнуть проблемы. Дело в том, что ЕС планирует организовать «внутренний рынок» торговли квотами, то есть в первую очередь продавать квоты странам ЕС будет кто-то из старых членов ЕС или недавно вступивших.

Таким образом, может получиться, что у России будет просто некому купить эти квоты, поэтому правительство в данный момент не может назвать суммы, которые планирует получить от их продажи.

В связи с этим, по мнению представителя МЭРТ Всеволода Гаврилова, сейчас задачей страны является убедить потенциальных покупателей квот в эффективности национальной политики по повышению энергоэффективности экономики, для чего необходимо улучшать институциональную среду, в частности, улучшить законодательную базу, создать прозрачный механизм торговли через «трансляцию» обязательств государства на бизнес.