Цивилизация
«Очевидно, что сегодня наша текстильная промышленность не в состоянии обеспечить даже наши внутренние потребности», — заявил в пятницу президент России Дмитрий Медведев в Иваново на заседании президиума Госсовета. Износ основных фондов текстильной промышленности превышает 50%, а коэффициент обновления оборудования в 2006—2007 годах не поднимался выше 3—4%, тогда как в развитых странах он составляет не менее 15—17%. «Такое устаревшее оборудование не позволяет предприятиям выпускать современные ткани, хотя они пытаются следить за современными тенденциями, за модой», — констатировал он. По словам президента, это «ведет к тому, что отечественные товары проигрывают импортным не только по цене, но и по таким параметрам, как дизайн, эргономичность, качество».
Отрасль самая отстающая в российской экономике. За 15 лет, с 1900-го до 2005 года, доля легкой промышленности в ВВП России сократилась в 30 раз — с 12% от общего объема в 1990 г. до 0,4% в 2005-м. В последующие годы ситуация ненамного улучшилась. За прошлый год рост в текстильной отрасли составил 4,2% при общих темпах в обрабатывающей промышленности на уровне 9,5%
При этом по уровню потребления продукция легкой промышленности уступает только продовольственным товарам, намного опережая рынки бытовой электроники, легковых автомобилей и других товаров.
Борьбу за российского потребителя наши текстильщики и швейники проиграли импорту, причем наполовину — нелегальному.
«На российском рынке товаров легкой промышленности лишь 23,2% приходится на долю отечественных производителей, на официальный импорт — 27,1%, а остальные 49,7% составляют товары теневого производства или незаконно ввезенные на территорию России, в основном китайского и турецкого производства», — подчеркивается в документах рабочей группы, подготовленных к Госсовету.
По подсчетам главного экономиста Центра развития Валерия Миронова, в прошлом году импорт одежды отобрал у нас порядка $20 млрд.
«Если бы мы снизили импорт наполовину, то получили бы приток средств $10 млрд»,
— отмечает он.
При этом плачевное состояние легкой промышленности — проблема не только экономическая, но и социальная. В стране в текстильном и швейном производстве заняты почти 425 тысяч человек, причем более 80% из них — женщины. Около 70% предприятий легкой промышленности являются градообразующими для малых городов, обеспечивая занятость большинства населения. Например, легкая промышленность Ивановской области обеспечивает примерно 25% общего объема промышленного производства области.
Поэтому нужны экстренные меры для поддержки отечественных текстильщиков, заявил президент. «Сейчас экономические возможности для этого у государства есть», — сказал он.
Одна из мер — это борьба с контрафактной и контрабандной продукцией. «Я жду от таможенных органов и от правоохранительных служб конкретных предложений по исправлению ситуации. С серым и черным импортом нужно заканчивать», — заявил глава государства.
Другая инициатива, изложенная в докладе рабочей группы Госсовета, — расширение отечественной сырьевой базы текстильной промышленности: производство льна, химических волокон и нитей, вискозы.
Для поддержки отрасли предлагается использовать средства государственных институтов развития, таких как Инвестиционный фонд, Банк развития, РосОЭЗ.
При этом будет применяться так называемый кластерный подход, то есть поддержка взаимосвязанных компаний в отрасли, дополняющих друг друга, который используется в ряде других секторов экономики. Задача этих кластеров, по словам Медведева, — «переход на современную инновационную модель развития», сопровождаемую новыми формами управления.
Отдельные инициативы могли бы помочь, комментируют эксперты. «Государству стоит субсидировать ставку по кредитам для производителей, ввести щадящее налогообложение, в том числе при лизинге оборудования», —считает аналитик инвестиционной компании CIG Андрей Рожков.
Борьба же с контрафактной продукцией вряд ли улучшит ситуацию, считают эксперты. «Несмотря на запрет, пиратская мультимедийная продукция все равно продается, — приводит пример Рожков. — Вряд ли после борьбы с контрафактной текстильной продукцией исчезнут места, где ее можно будет купить». К тому же
«конфискованные товары сегодня таможенные службы все равно продают, а не уничтожают», говорит Миронов.
Расширение сырьевой базы само по себе также мало поможет, считает начальник аналитического управления финансовой корпорации «Открытие» Халиль Шехмаметьев. «В России до1913 года в легкой промышленности активно развивалось две отрасли – производства ситца и сукна, причем производство сукна постоянно дотировалось государством, даже начали разводить романовскую овцу для этого. В то же время производством ситца занимались такие короли, как Морозовы и другие. Даже не имея собственной сырьевой базы, они достигали большой доходности, а производство сукна так и оставалось дотационным. Видимо, дело было не в сырье, а в чем-то другом», — отмечает эксперт. Впрочем, кластерный подход здесь может быть успешным, считают эксперты. Стоит выбирать сильные структуры, которые занимаются всем: от сборки льна до его переработки, и обеспечивать им государственную поддержку, полагает Миронов.
А чтобы бороться с китайским ширпотребом, нам надо найти свою нишу, считает эксперт, — например, развивать производство камуфляжных, огнетермостойких тканей, то есть материалов, по которым мы могли бы выиграть в конкурентной борьбе. Чтобы продукция соответствовала высоким стандартам, необходимо вкладываться и в науку, заниматься дизайном, учить специалистов.
