Цивилизация
Премьер-министр Великобритании Борис Джонсон столкнулся с новыми обвинениями, которые вынужден отвергать. Журналистка Шарлотт Эдвардс рассказала общественности об одном случае, имевшем место в 1999 году, когда Джонсон, в то время работавший редактором в издании The Spectator, сжал ее бедро совершенно неподобающим образом.
Этой историей Шарлотт Эдвардс поделилась в своей колонке в Sunday Times — по ее словам, возмутительную вольность Джонсон, незадолго до этого занявший должность редактора в The Spectator, позволил себе во время частного обеда. «Я сижу справа от Джонсона, — вспоминает Эдвардс в своей колонке. — Слева от него сидит молодая женщина, с которой я знакома».
По описанию Эдвардс можно судить, что участники застолья чувствовали себя вполне расслабленно. «Все больше вина наливается, все больше вина пьется», — описала журналистка обстановку. И продолжила:
«Под столом я чувствую руку Джонсона на своем бедре. Он сжимает его».
После обеда журналистка призналась своей знакомой, сидевшей слева от Джонсона, что тот приставал к ней во время застолья — молодая женщина с удивлением ответила, что он вел себя так же и с ней.
Реакция общественности на признания Шарлотт Эдвардс последовала довольно быстро. В частности, Дон Батлер, министр теневого правительства лейбористов по делам женщин и равноправию, написала в своем твиттере, что это «шокирующая, но, как ни грустно, слишком знакомая история». «Что не так с мужчинами, обладающими властью, которые считают возможным домогаться до женщин? К Борису Джонсону есть серьезные вопросы», — твитнула Батлер.
Непосредственные подчиненные Джонсона отреагировали на обвинения Эдвардс поначалу довольно равнодушно. Например, министр здравоохранения Великобритании Мэтт Хэнкок заявил, что подобных историй в прессе предостаточно. «Борис никогда не диктовал людям, как им вести себя в частной жизни, — заявил Хэнкок на мероприятии для членов консервативной партии, состоявшемся во время съезда тори в Манчестере. – Я думаю, нам нужно сконцентрироваться на том, как мы действуем в политике, а наша задача, на мой взгляд, заключается в том, чтобы служить гражданам своей страны».
Однако позже Хэнкок высказался об истории Эдвардс с большим сочувствием. «Я хорошо знаю Шарлотт, и я полностью доверяю тому, что она говорит», — сказал он в интервью в новостной программе на канале Channel 4.
Даунинг-Стрит полностью опровергает заявления Шарлотт Эдвардс. «Ее заявления – неправда», — заявил официальный представитель премьер-министра. Сама журналистка настаивает на своем. «Если премьер-министр не помнит об этом инциденте, то, очевидно, у меня память лучше, чем у него», — сказала журналистка Sky News.
Рассказ журналистки об эпизоде 20-летней давности вряд ли станет поводом для расследования, однако в недавней британской политической истории уже бывали случаи, когда подобные обвинения приводили к отставке правительственных чиновников.
В 2017 году на волне популярности движения #MeToo на британских политиков посыпались обвинения в сексуальных домогательствах, в результате чего премьер-министр Тереза Мэй даже распорядилась открыть «горячую линию», куда каждая жертва может заявить о харассменте.
Именно тогда из-за обвинений в неподобающем поведении лишился поста министр обороны Майкл Фэллон — политика, которому на тот момент было 65 лет, обвинила в сексуальных домогательствах 15-летней давности журналистка Джулия Хартли Брюэр.
История, которую она рассказала, отдаленно напоминает недавнее признание Шарлотт Эдвардс. Брюэр вспомнила, как в 2002 году во время частного обеда Фэллон несколько раз потрогал ее за колено, после чего она «спокойно и вежливо объяснила ему, что если он сделает еще раз, она ударит его по лицу».
Через два дня после публикации рассказа Брюэр Фэллон подал в отставку, заявив, что его «поведение в прошлом» было недопустимым. Позже журналистка выразила удивление такими серьезными последствиями ее действий. «Мне не казалось, это потребует дальнейших разбирательств», — цитировало ее издание Evening Standard.
