Цивилизация
Спецпредставитель президента США по контролю над вооружениями Маршалл Биллингсли провел переговоры с заместителем главы МИД РФ Сергеем Рябковым. Стороны договорились о новой встрече в Вене, об этом Биллингсли сообщил в своем Twitter.
«Хороший разговор сегодня с заместителем министра иностранных дел РФ Рябковым, мы оценили прогресс наших рабочих групп. Мы договорились встретиться нашими высокопоставленными делегациями в Вене в ближайшее время», — написал он.
В переговорах по контролю над вооружением между США и Россией наметился прогресс. Накануне госсекретарь США Майк Помпео заявил, что Белый дом рассчитывает на новую встречу для обсуждения этого вопроса.
«В последние несколько месяцев мы усердно работали над тем, чтобы три страны, у которых имеется наиболее крупный арсенал ядерного оружия, то есть США, Россия и Китай, провели стратегический диалог о том, как нам вместе двигаться дальше, чтобы снизить угрозу для мира с точки зрения использования этого мощного оружия.
Мы с россиянами достигли прогресса, у нас были две хорошие встречи, и я надеюсь, что у нас вскоре будет еще одна», — цитирует ТАСС его слова.
Эти заявления стали единственным позитивным сигналом в вопросах стратегической стабильности за последнее время. Судьба Договора о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (ДСНВ, СНВ-3), действие которого истекает в феврале 2021 года, остается неопределенной. Времени на продление Договора практически не остается, а Белый дом все это время не давал четкого ответа на вопрос — намерен ли он двигаться в этом направлении.
Однако по одному пункту США все же проявляли и продолжают проявлять однозначность — Вашингтон настаивает на присоединении Китая к переговорам. Американская сторона изъясняла свою позицию по-разному — заявляла о желаемом в ультимативной форме, приглашала Пекин на переговоры с Россией в Вене, сообщала, что подключить КНР к процессу должна Москва. И несмотря на четкую позицию Китая не связывать себя договором, Белый дом не оставляет своих надежд.
«Мы надеемся, что Китай решит участвовать. Мы думаем, что это в их интересах, и мы знаем, что это в интересах всего мира, — убежден Помпео. — Мы надеемся, что они будут участвовать, мы надеемся, что Россия призовет их участвовать, мы надеемся, что весь мир поймет, как важно, чтобы три ядерные державы со значительными ресурсами и арсеналами собрались вместе и создали более устойчивую и стабильную стратегическую ситуацию с точки зрения не только риска использования ядерного оружия, но также и его распространения».
Однако риторика Белого дома все же смягчилась.
«Мы работаем сейчас с Россией над соглашением в сфере нераспространения, ядерного нераспространения. Если мы выработаем нечто подобное, то это было бы отлично», — говорил Трамп 2 августа.
Корреляция позиций Белого дома по этому вопросу действительно является позитивным признаком, отмечает замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Дмитрий Суслов.
«Американская позиция, скорее всего, эволюционирует в сторону того, чтобы продлить СНВ-3 с Россией в нынешнем виде, но одновременно с этим начать трехсторонние переговоры, включая Китай, по будущему архитектуры стратегической стабильности, которое должно включать в себя Китай, по мнению США.
Но, судя по всему, администрация Трампа уже не настаивает на полномасштабном подключении Китая к режиму ограничений и сокращения ядерного оружия, как условие продления СНВ-3», — считает эксперт.
Наметившийся прогресс и гибкость Белого дома в переговорах Дмитрий Суслов связывает с приближающимися президентскими выборами в США. Договорившись о продлении СНВ-3 Трамп лишит демократов весомого козыря — критики за нежелание вести диалог о контроле крупнейших ядерных арсеналов в мире.
В перспективы включения Китая в переговоры по ядерному разоружению не верится. В последний раз Пекин заявлял о своей позиции месяц назад.
«Мы призываем США откликнуться на призывы России по продлению договора СНВ-3 и на основании этого дальше сокращать свой значительный ядерный арсенал, чтобы создать условия для участия других ядерных государств в переговорах по ядерному разоружению», — заявил на брифинге официальный представитель МИД КНР Чжао Лицзянь.
За неделю директор департамента по контролю над вооружениями МИД КНР Фу Цун заявил, что Китай готов присоединиться к трехсторонним переговорам по разоружению с США и Россией, если США согласятся сократить свой ядерный арсенал до уровня Китая.
Позиция Пекина понятна — арсеналы его ядерных запасов намного меньше, чем у России и США.
По данным Стокгольмского международного института исследований проблем мира, ядерным оружием владеют девять стран.
Число ядерных боеголовок в мире составляет 13 865 единиц. Россия и США имеют примерно по 6000 боеголовок, за ними следуют Франция с 300, Китай — с 290, Великобритания — с 200. Индия и Пакистан имеют примерно по 100 боеголовок, Израиль — около 80, Северная Корея — 20-30.
Выходит, что вместе Вашингтон и Москва владеют около 90% от всего ядерного оружия, при этом Пекин не занимает даже третье место по размеру арсенала.
Вместе с тем, КНР не намерен связывать себя ограничениями, которые идут вразрез с его геополитическими интересами. Так, вступление Китая в соглашение по ограничению стратегических наступательных вооружений противоречит его политике сдерживании ядерного потенциала Индии.
Между тем, отношения Пекина с Нью-Дели не просто ухудшаются, а двигаются в направлении полноценного военного конфликта.
Стычки за спорные территории происходили и раньше, так как граница между странами не демаркирована. Однако в июне ситуация обострилась — в ночь на 16 июня в долине Галван, которая находится в спорном регионе Ладакх, произошло массовое столкновение между китайскими и индийскими солдатами. Согласно условиям двустороннего соглашения, стороны не могут использовать огнестрельное оружие в спорных территориях. Однако это не стало препятствием для конфликта — военнослужащие устроили массовую потасовку, в которой участвовали около 500 человек.
В результате инцидента погибли по меньшей мере 20 индийских военных, 76 получили ранения. Китай данные о жертвах не приводит, индийские СМИ сообщают о 40 погибших китайских военных. И хотя о полноценной войне говорить пока не приходится, Пекин все же вряд ли будет терять столь значительные рычаги влияния как ядерный потенциал, тем более, что в прошлом году министр обороны Индии Раджнатх Сингх заявил, что Нью-Дели может пересмотреть положение своей ядерной доктрины, содержащее обязательство не применять ядерное оружие первыми.
Если это произойдет, то Китай останется единственной в регионе ядерной державой, взявшей на себя обязательство о ненападении.
КНР не поменяет свою позицию о подключении к переговорам в системе ограничения и сокращения вооружения, уверен Дмитрий Суслов. Более того, выработать новую подобную систему — невозможно. Весь военно-стратегический ландшафт изменился, а стратегическая стабильность перестала носить двухсторонний российско-американский характер и быть связанной только с ядерными вооружениями.
«Будущая система, единственно возможная система стратегической стабильности, — это система, не базирующаяся на больших договорах о сокращении вооружения. Это так называемая «гибкая система» или система мягкого контроля над вооружениями, которая будет представлять собой совокупность режимов по механизмам деконфликтинга, диалоги по ядерным доктринам, правила игры в области кибербезопасности и в ряде других аспектах военной деятельности, то есть, в принципе, надо понимать что
будущая система контроля над вооружениями не будет предполагать ограничение и сокращение вооружений», — уверен эксперт.
Ни Китай, ни Франция, ни Великобритания к системе ограничения вооружений не присоединятся, однако, когда речь пойдет о построении такой «гибкой» системы, стороны могут проявить большую заинтересованность.
