— Вы были очень близки к победе, не хватило совсем немного. Сказался недостаток игровой практики? — Возможно, отчасти дело и в этом. Вы же знаете, из-за травмы я как следует не готовилась к этому турниру. Но даже несмотря на то, что я не рассчитывала сыграть здесь, сегодня мне местами удавалось показывать теннис очень приличного уровня.
— Может быть, вам стоит в ходе сезона отдыхать побольше, если вы без подготовки и игровой практики доходите до полуфинала турнира Большого шлема? — Я сама приятно удивлена тем, что неплохо играла здесь. Да и моё плечо, как мне кажется, идёт на поправку. Словом, радостных моментов от выступления в Австралии гораздо больше, нежели отрицательного.
— Когда же будете готовы на сто процентов? Когда плечо перестанет вас беспокоить окончательно? — По-моему, за последние две недели в состоянии моего здоровья произошёл большой сдвиг к лучшему.
Помогало и то, что игры на турнирах Большого шлема идут через день и я имела время на восстановление.
Так что я имела время прочувствовать, как ведёт себя плечо, как после сложных, так и после простых матчей. И если появлялись какие-то тревожащие моменты, то у меня была
— Показалось, что на этом турнире вы подавали слабее, чем обычно. — Возможно, ведь, повторюсь, я специально к турниру не готовилась, подачу тоже специально не отрабатывала. Потому и не могла подавать как обычно. Но ведь и игра вовсе не заключается в том, чтобы заколачивать каждую подачу в половину соперницы. Это умная игра, и она требует логики.
— Кажется, вы совсем не разочарованы поражением. — Ну почему же? Разочарована. Но, с другой стороны, послушайте вы, журналисты. Спрячьте, наконец, свои ноутбуки, карандаши и блокноты. Взгляните хоть раз на теннис глазами простого болельщика. Поймите, сегодня была классная игра, и мне за неё не стыдно. Я, честно, не ожидала, что смогу так играть здесь. И в будущее я смотрю с надеждой.
— В течение игры вы замечали, что ваш отец Юрий постоянно подаёт вам какие-то сигналы, подбадривает вас? Да и другие ваши болельщики, которых было очень много, что-то всё время вам подсказывали. — Во время игры я в основном концентрируюсь на том, что происходит на корте, а потому не видела и не слышала каких-либо сигналов от отца. Столько народу говорит во время матча — вы думаете, так просто что-то расслышать?
Во время игры я больше руководствуюсь не какими-то указаниями, а своими инстинктами. Это как если кто-то предлагает мне выйти за него замуж — это не значит, что я соглашусь. Так и на корте — слушаюсь только сама себя. Так что я почти ничего не слышу, вижу-то происходящее на трибунах с трудом.
— Вам не кажется, что выкрики некоторых наиболее ваших горячих поклонников травмировали Жюстин? — Не могу ответить на этот вопрос. Повторю, я ничего не слышала.
— А не думаете ли вы, что жесты и выкрики вашего отца с трибун могут быть оскорбительными для тех, кто играет против вас? — Спросили бы лучше об этом моих соперниц. Я не знаю.
— Как вы думаете, почему вы так популярны в Азии? — Возможно, потому что я блондинка.
Когда люди видят там женщину со светлыми волосами, они буквально сходят с ума.
Наверное, это одна из причин.
