Цивилизация
Москва всегда была городом горизонталей, а не вертикалей. Путешественники прошлых веков в один голос отмечали, что город широк, но не высок, будто его, как масло, размазали по огромному ломтю Восточно-Европейской равнины. Секретарь персидского шаха Орудж-Бек, побывавший здесь в конце XVI века, сетовал, что Москва — расточительница, и занимает «земли больше, чем необходимо»: возле домов — сады, луга — между улицами. «Газета» проследила за эволюцией московских высоток.
